shadow

Про демонизацию советского человека

Продолжу серию флеймовых статей, начатую статьёй о гвардейско-георгиевской ленте; на сей раз поговорю о необходимости реабилитации ключевого понятия нашей истории - советский человек


shadow

Как неоднократно говорит в статьях о культуре (например), мы все с вами не являемся культурно русскими людьми — в том виде, в котором нам сейчас пытаются втюхать отечественную историю.

Отрекаясь от советского прошлого, мы по сути отрекаемся от собственной идентичности — ибо до-советской культуры мы не знаем, советскую мы презираем, современную создать не получается (не считать же шансон и веркусердючку русской культурой?) — вот так хоп и мы уже почти что европейцы, только не европейцы, а так, культурая колония по типу Единоукраины. Даже русский рок по сути умер, превратившись из властителей дум в каких-то клоунов для молодёжи — в советское время песни отечественных рок-звёзд знали чуть ли не все подряд, теперь же — ну вы поняли. Культурная перепрошивка завершена, необходимости в русской культуре, не являющейся при этом калькой с европейской, больше нет.

В такой теме без очередных исторических экскурсов не обойтись. Жила-была Российская Империя; долго ли, коротко ли, но в 1917-м году (в Феврале, хотелось бы отметить) она скоропостижно скончалась и на её месте появлась новая, буржуазная Россия, которая, как и её недавняя реинкарнация 1991-го года, умудрилась за полгода в турбо-режиме просохатить всё, что можно, и империю пришлось пересобирать после Октября-1917 и Гражданской войны в формате СССР, то есть советского воплощения Российской Империи. Да, принципы были другие; да, культура была немного другая — но тем не менее даже границы особо не изменились, и большая часть российских подданных стали по паспорту советскими людьми.

Тут не обойтись без аналогий с Древним Римом. От того, что незадолго до Рождества Христова Рим из Республики стал Империей, Рим не стал Италией и римляне не стали кем-то-там-другим — даже коренное изменение механизма управления не разрушило римскую идентичность — те же римские орлы остались, если не ошибаюсь, практически без изменений. От того, что от Рима отпадали различные провинции, опять же меньшей Империей (и Республикой) он не становился — Британией или Испанией больше-меньше, какая нафиг разница… Однако ж в нашем с вами случае происходит жесточайшая культурно-идеологическая перепрошивка сознания, вычёркивающая из нашей памяти целый период существования Империи страны. И наибольшим пострадавшим тут проходит основное — культурное самосознание людей, о чём постоянно говорю.

Главным праздником страны у нас ещё сохранился День Победы — в некотором плане идеологический праздник, на котором современная Россия, слегка изменив советскую традицию, строит собственную идентичность. В массах основным и самым ярким праздником воспринимается всё же Новый Год, который празднуют, к которому готовятся буквально все подряд, в отличие от 9 мая — потому что НГ — это простонародный праздник, типа Ивана Купала, а День Победы — всё же государственный, историко-идеологический. Каких-либо других крупных свершений, сравнимых с Победой, у современной России нет (да и ни у кого нет), и при этом отношение к Победе в мире разное; поэтому настаивание на собственной — советской — точке зрения на Победу является ключевым фактором для российской идеологической идентичности. Не исключительности, а именнно идентичности — мы, в отличие от Запада и Востока, то и сё. Иначе Россия в глазах граждан и всего мира станет каким-то переростком, который по современной традиции надо разбить на национальные княжества по типу польши или чехии, и сожрать интегрировать в какой-нибудь очередной проект Запада по отъёму собственности у унтерменшей.

Так как мы до сих пор проживаем по ельцинской конституции, исключающей идеологичесую составляющую, то какой-либо другой идентичности у нас и не получится — российское общество живёт в условиях идеологии монетаризма-вещизма, точно так же, как и Запад и Восток — потому как лёгким движением руки эта недо-идеология рассматривается не как идеология, а как «нормальное положение вещей», и все противники оной тоталитарно объявляются идеологическими фанатиками. Соответственно мы не можем выстроить какие-то свои духовные скрепы и прочие культурные особенности — потому что даже формулирование оных с точки зрения господствующей либерал-монетаристской идеологии является ахинеей; нет таких слов в словаре либерала, и поэтому они не имеют смысла.

Пока что неясно, при чём же тут советский народ… А при том. В условиях перестроения Российской Империи на новый лад, кроме изменения методов хозяйствования, была поставлена задача построения новой общности — советского народа. До революции необходимости в ней особо не было — русский и русский, православный и всё, значит, гражданин — но наметившиеся рост национального самосознания по всему миру по сути вынудил находившийся по сути перманентно в состоянии войны с окружающим миром Западом СССР к объединению всех народов в единую общность — советский человек. Идея опередила историю лет на 100 с хвостиком — по сути это была попытка перейти от национально-ориентированного государства и даже от империи к построению открытого для всех общества, потенциально всемирного. Мир к такому не готов до сих пор — попытки европейцев в 1930-40-е хорошо пожить за счёт остального мира были остановлены на Волге; а современная версия Рейха ровно так же не готова делиться награбленным с понаехавшими унтерменшами, выстроив заборы по всему периметру и отгородившись визовыми режимами… Мораль вещизма не позволяет создать всемирное общество, где всем будет примерно одинаково хорошо (или хотя бы не так плохо) — когда всё счастье мира сосредоточено в потреблении, и ресурсов Земли уже сейчас не хватает, то о каком всемирной интеграции может идти речь, ведь работающий на Запад китаец получает в десятки раз меньше этого «счастья», чем его белый масса.

Советский народ строился в том числе и за счёт части национального самосознания — вместо культивации собственной нации, приходилось в некотором плане становиться безродным иваном — с национальной точки зрения, вестимо — но взамен получая более широкую общность, через принадлежность к общей, советской культуре. Это — наиболее сложная и наиболее болезненная для современного общества деталь, которую реваншисты-либералы упоённо поливают дерьмом, что позволяет им заниматься ровно тем же самым — вместо поиска национального самосознания предлагается срочно всем стать современными и продвинутыми европейцами — то есть той самой биомассой, которую я обычно называю общечеловеками. Причём, в отличие от «советского человека», проект «общечеловеки» не подразумевает включения в себя новых членов, как показано выше — культурно вы можете стать общечеловеками, но без включения в западный проект и — главное — без обладания большими запасами бабла вы по-прежнему такой же совок и унтерменш в глазах Запада, что показывает проект ЕдиноУкраина — несмотря ни на какие наши отрицания прошлого и отказ от «совка» мы для Европы по-старому остаёмся ватой и совками, с которыми надо говорить на языке санкций и «матка, курки, млеко».

По сути русский человек — в имперском плане — ровно такая же наднациональная сущность, как и советский человек. А советский человек — это воплощение (с небольшими доворотами) сущности «русский человек» в рамках советского проекта. Поэтому борьба с «совками» — это по сути борьба с русскими, в широком смысле этого слова. С русскими в узком смысле — как национальность, наследники кривичей и вятичей — бороться никто не предлагает, это пахнет всяким — поэтому мазать надо именно более высшие ступени самосознания, наднациональные.

При этом ровно так же не стоит противопоставлять советского человека русскому или татарину — из-за своей над-национальности одно не противоречит другому. Да, часть национального самосознания приходится делегировать на другой уровень — но отказ от над-национального уровня приводит русского человека к состоянию единоукраинца: «Украина/Россия/Зимбабве понад усе» — категорически неприемлемое состояние для над-национальной морали советского/русского (в широком смысле) человека, но совершенно естественно для националистов, ограниченных собственной нацией.

Недаром развал СССР совпал с массой национальных конфликтов, про которые сейчас стыдливо молчат — стоило либералам ещё советского пошиба разрушить над-национальный уровень самосознания за 3-4 года массовой перестроечной перепрошивки мозгов, как тут же обнаружилось, что москали всё сало сьели абхазы и осетины нуждаются в интеграции в Грузию, армяне очень зря проживают на азербайджанских территориях; русский анклав на территории Молдавии совершенно ни к чему, и прочая и прочая. Пока существовала общность «советский народ» — такие мысли в голову особо не приходили, а если и приходили, то считались бескультурными. Мой покойный дед, упомянутый недавно, Яков Игнатьич, вспоминал, что в его Душанбе стало слегка тревожно после смерти Сталина — хотя русских резать ещё никто не призывал, но вместе с Вождём из голов начала выветриваться и советская составляющая — из советских людей люди стали становиться обратно таджиками и русаками. А в самые тяжёлые годы Войны никто и не думал делиться на национальности, у всех было общее дело.

Причём подчёркиваю, что советский человек — это не замена русскому или татарину, это над-национальная конструкция, которая сочетается и с тем и с другим, и по сути жива до сих пор в головах практически каждого из нас. Если завтра с Мавзолея кровавый Путен снова провозгласит воссоздание СССР, то мы с вами сей секунд превратимся из «дорогих расеян» снова в советский людей — потому что советский тип мышления из наших голов никуда и не уходил. Да, мы стали хуже и гаже — после 25 лет промывания мозгов либерал-реваншистами — но сам факт существования России в нынешнем виде, в виде осколка Империи, где нет различия по нациям, расам и языкам, показывает, что над-национальная идея жива и никуда не делась; до 1917-го года она была просто русской, после 1922 стала советской, в 92-м стала российской, и ничего не мешает её снова обозвать как угодно — главное основы не покорёжить. Вна Единоукраине после Майдана покорёжены самые основы — вместе с весёлыми поскакушами «кто не скачет, тот москаль» из голов евро-ориентированных выбито над-национальное самосознание, и остался лишь низовой, национальный, националистический, нацистский уровень. Единоукраинец и не поймёт, почему мы на них ругаемся — потому что с его уровня всё окей, он типа вернулся к основам; однако с исторической точки зрения это шаг назад, примерно в 1654-й годик — а по сути и много дальше, во времена ещё до монголо-татарского ига, в период феодальной раздробленности, ибо после монголов русские перестали делить себя на племена и собрались в один большой над-национальный и над-племенной народ.

Казалось бы, намешал Европу с монголами, а хохлов с москалями — но что делать, привык смотреть на вещи системно и с исторической точки зрения. Несмотря на многабукаф, это ещё не всё.

Одной из ключевых ошибок построения советского человека считаю отсутствие упора на национальные корни. В общем-то, скорее всего, в тех условиях ничего другого и быть не могло — городить новые сущности приходилось в авральном темпе — параллельно с электрификацией, коллективизацией и индустриализацией пришлось выполнять и главную задачу — формирование культуры нового типа, с заменой части национального самосознания над-национальным. У большинства народов над-национального базиса просто не было; у имперских — коренных — народов всё это над-национальное строилось на базисе царизма, что было неприемлемо для новых властей; так что во многом построение советской общности было основано на разрушении как минимум части национального самосознания; что в итоге привело к нынешнему состоянию, когда у русского народа его попросту не осталось. У бурят, татар, мордвинов — осталось, как часть не-русских традиций (и в этом ничего плохого нет), а у русских после всех перепрошивок сознания в 20-м веке национальных корней просто не осталось, я гарантирую это.

Существует широко известная в узких кругах группа людей, занимающихся реанимацией возрождением национальных традиций, фольклористы её фамилия. Именно эти люди ещё сохраняют — в различной форме — те или иные аспекты русской национальной культуры, и не дают ей зачахнуть окончательно; если их вычеркнуть, и не брать в расчёт уходящее поколение последних носителей национальных культуры, то именно русской культуры не осталось вообще, в национальном плане. То, что сейчас люди считают русской культурой, является либо пошлейшей подделкой, либо современным новостроем без какого-либо упора на русскую культуру (шансон, эстрада), либо культура советских лет. Ближе всего к народу именно песни советских лет; военным песням просто нет замены, это — наиболее глубокие (для широких масс) символы и атрибуты, скрепляющие общество. Вон, даже уже священники запели про «товарищ время».

За вычетом глубокой национальной традиции, которая до сих пор не вышла за пределы достаточно узкого круга фольклористов, вся остальная культура нашего общества — именно как культура, а не как «тумц-тумц» — основана на советской традиции. Советское — это не только Ленин-Сталин, красное знамя и День Победы — это вообще 70-летний период нашей истории, в котором было всякое — и Гагарин и гражданская война, и диссиденты и «Подмосковные вечера»; это просто 70 лет существования Русской, Российской Империи в виде Советского Проекта. Демонизируя всё советское, по сути мы отрекаемся от значительной части собственной истории — а, стало быть, как показано выше, вообще от собственной идентичности. Что, собственно, и показывает пост-перестроечная наша история — отрёкшись от советского наследия, мы так и не смогли стать «единоевропейцами», да и каких-либо высот русской культуры достичь не смогли — потому что пошли не по пути наследия Пушкина и Достоевского, а начали обезьянить за Западом — результат, как говорится, на табло. Из духовных скреп остался только День Победы — который, как нетрудно догадаться, не совсем русский праздник, а всё же Советский — поэтому на него имеют право и белорусы и украинцы, и таджики и якуты, и даже немного американцы и англичане.

Уже в 1945-м видно отношение «союзников» к «совкам», сделавших на них всю грязную работу. А также видно и отношение современной неруси к собственному прошлому — см. комментарии за кадром.

Современная Россия стоит на очень опасном культурном базисе — на словах она декларирует наследование русской культуры, но на деле является наследником реваншистов Февраля-1917-го (и в меньшей степени — наследниками дореволюционной монархии), и отрицает наследование советской традиции везде, где только можно. А так как большинство оставшихся традиций — от Нового Года до Дня Победы — либо порождены советской культурой, либо существенно ею изменены — то подобная борьба с «совком» приводит фактически борьбой с собственной культурой.

В пост-советское время знамя культурного окормления народа подхватила РПЦ, но получается это у неё из рук вон плохо — потому что вместо построения над-национального базиса она по-прежнему стоит на всё тех же реваншистских позициях — совок это зло, а мы добро — и вместо объединения общества и выдачи ему над-национальных ориентиров она занимается построением национальной идеи, в упомянутом выше узком смысле. Как нетрудно догадаться, Россия это не только христиане, это миллионы татар, чеченцев, якутов — которых РПЦ интегрировать в общество не может по объективным причинам. И никакого другого культурного проекта по объединению страны у нас нет — не считать же этим всевозможные «обмены» и прочую ахинею в общеевропейском стиле — вместо интеграции культур современная «культура» лишь даёт место для тусовки и развлечения. Тогда как культура, как постоянно говорю — это образование и воспитание, а это немного не про то.

Считаю, что у русского человека должен, обязан быть русский базис самосознания — основанный не на государственной пропаганде и не на проповедях РПЦ, а на личном опыте; как это сделать — не знаю, это имхо один из самых сложных вопросов современности. Поэтому трансляции служб РПЦ или мусульманских праздников не вызывают у меня никакого протеста, хотя сам я неверующий — хочется Путену молиться в церкви под дулами телекамер, имеет право (хотя в некотором смысле это тянет на нарушение конституции). Но когда Церковь выступает с анти-советскими проповедями — вот это уже наша отечественная версия Майдана и по сути культурный сепаратизм — вместо интеграции русского самосознания в над-национальный проект «Дорогие Расеяне», отрицание советского приводит к разрушению над-национального уровня и закукливанию сознания народа на более низшем уровне, который демонстрирует современная Единоукраина; там патологически не приемлют ничего, кроме украинства, и к этому же по сути призывают антисоветчики — только Россия для русских, только хардкор.

Недаром вна Единоукраине запрещают уже и Деда Мороза — опустить всю нацию на уровень примитивного национализма можно, только полностью разрушив над-национальное. Памятники Ленину летят также по той же причине — это вопиющий символ советского над-национального проекта, который надо уничтожить, даром что именно дедушка Ленин и создал Украину как государство, пусть и в составе СССР. Русские люди и русский язык сами по себе не являются — пока что — проблемой для украинства, ведь главная война — в голове. Если для тебя национальное понад усе, то ты пойдёшь в бой за Порошенко Украину, будучи трижды москалём — а если ты понимаешь, что Россия не только для русских, то будешь защищать её, будучи американцем.

Повторю главную мысль статьи — нельзя противопоставлять советское русскому/татарскому/украинскому. Это — разные уровни миропонимания, они дополняют друг друга, и они делают нас такими, какие мы есть. Советское — это русская/российская над-национальная составляющая, скрепляющая народы, в советский период времени. Отрицая советское, мы по сути опускаемся в развитии до уровня примитивного национализма; отрицая русское (такое тоже есть в среде леваков и либералов), мы теряем базу собственного понимания мира и становимся крайне зависимыми от государственной пропаганды. А заменяя советское единоевропейским, мы отрекаемся от собственной культуры вообще, ставя под большой вопрос существование России как таковой, в любом виде.

Относиться к советскому периоду имхо можно, как к нашему собственному Древнему Риму — никто же не предлагает современным итальянцам платить по счетам Древнего Рима, хотя каких только делов ромеи не натворили по всей Европе. Но никто и не призывает стыдиться и завывать «но какой ценой»… Да, культурно мы все куда как ближе к советскому человеку, чем итальянцы к римлянам, поэтому аналогия весьма условна, однако умному, надеюсь, достаточно. А глупый всё равно досюда не дочитает.

Источник

Рейтинг: 0

Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.