В Мире

США будут воспитывать Россию «Абрамсами» и «Леопардами»

Стало известно о чем, госсекретарь США Рекс Тиллерсон будет говорить с коллегами из стран НАТО на встрече, которая пройдет 31 марта в Брюсселе. А именно, он будет добиваться от членов альянса увеличения расходов на оборону — до уровня 2% ВВП, более заметного участия в борьбе с терроризмом и продолжения давления на Россию по Украине.

Список тем, которые поднимет новый шеф американской дипломатии в столице ЕС, озвучил для журналистов высокопоставленный сотрудник Госдепартамента США, передает ТАСС. По его словам, Тиллерсон собирается указать на «необходимость для НАТО оказывать давление на Россию, чтобы положить конец ее агрессии против соседей и добиться выполнения минских обязательств».

Как можно заметить, риторика, и курс ничуть не изменились. Все те же голословные обвинения, те же шаманские камлания про «агрессивную Россию», что и при старой администрации Обамы.

Мало того, что претензии, которые предъявляет американский госсекретарь, в том числе и по минским договоренностям, они — не по адресу. Совершенно непонятно, как он собирается осуществлять это свое «давление на Россию»? В конце концов, признали уже сами, что никакие санкции не заставят российское руководство отступиться от своих принципов во внешней политике. И в том, что касается Украины — тоже.

Что в таком случае имеет в виду господин Тиллерсон, когда дает команду «фас» натовским генералам? И не придется ли нам, как в «сороковые», воевать опять со всей Европой, которая тогда, по сути, единым фронтом выступила на стороне фашистской Германии против СССР?

— Воевать вряд ли, — комментирует ситуацию член российского Экспертного совета Института социально-экономических и политических отношений Леонид Поляков. — Хотя с тем, что называется гибридной войной — т.е. комбинацией дипломатического, информационного, политического, экономического давления, — мы уже имеем дело всерьез.

Поэтому, конечно, переход этого в горячую фазу вряд ли состоятся. Но, что называется, преддверие войны или война в других формах, или то, что можно считать прокси войной, — это уже идет.

Что касается конкретно Тиллерсона, и того, что он будет настаивать, чтобы коллеги по НАТО продолжали давление на Россию в связи с Украиной, то я воспринимал бы эти слова, как некое следование тому ритуалу, который начался еще в момент его утверждения на пост госсекретаря в сенате. Когда — напомню — его вынуждали согласиться с формулой, что «с Россией надо общаться с позиции силы».

Так что здесь, я бы сказал, он находится в дискурсивной ловушке. Его принудили, что называется, говорить на этом языке.

Поэтому его фраза о давлении является, скорее, данью американскому контексту, чем, действительно, конкретной инструкцией коллегам по НАТО о том, что и как нужно делать в отношении России.

 — Но они могут понять все буквально, поскольку привыкли делать так, как говорит им Вашингтон. Сказали: «Надо давить». Но как? Еще танков попросят у американцев?

— Дело в том, что увеличение бюджетов — взноса в общую натовскую копилку — до двух процентов ВВП — это уже разгонка милитаризации Европейского континента. Это уже форма давления.

А что еще кроме этого могут делать министры?

Понятно, что они сами по себе делать ничего не могут. И это всего лишь подразделение общего, так сказать, конгломерата — Европейского союза, который принимает консенсусные решения. Поэтому, я бы не переоценивал сильно влияние такого рода фраз, или, по крайней мере, такого рода настроя.

Потому что надо еще понять, что, действительно, будет сказано Тиллерсоном в Брюсселе. Не исключаю, что это может все быть в закрытом режиме. Но утечки наверняка будут. И я думаю, что мы сможем более подробно, более детально, и в этом смысле с какой-то более вероятной долей точности прогноза, говорить о том, во что эта встреча выльется.

Но пока, мне кажется, скорей, это следует рассматривать, как ритуальную фразу. Хотя, действительно, довольно часто ритуал прекращается в какое-то реальное действие.

— Кстати, через несколько дней после Брюсселя — 12 апреля — Тиллерсон прилетает в Москву, где пройдет его официальная встреча с Сергеем Лавровым. Приедет договариваться, или ставить условия, как вы думаете?

— Мне кажется, эта встреча, действительно, будет разведывательной рекогносцировкой с обеих сторон. Потому что ясно, что «розовые мечты» на тему: «вот пришла новая администрация — слава Богу, не Клинтон! Теперь начнется резкое потепление, дружба, поцелуи», — это все иллюзии. И надо смотреть правде в глаза — пришли к власти политические реалисты.

Причем, в очень тяжелом внутреннем политическом контексте, где эта маккартистская, по сути, своей антироссийская кампания, нацеленная персонально на Трампа с идеей объявить ему импичмент, разворачивается с каждым днем все сильнее и сильнее.

Поэтому нужно понять, на что, в принципе, готовы нынешние американские власти в отношениях с Россией.

— На данный момент это абсолютно непонятно…

— Поэтому нужен доверительный и закрытый разговор между Лавровым и Тиллерсоном по теме — на что реально готовы американские власти. Чтобы составить повестку наших отношений — т.е. перечень вопросов, по которым мы можем достичь максимального согласия. Перечня вопросов, по которым требуется идти на компромисс. И перечня вопросов, по которым мы никогда не сойдемся, и нужно просто признать, что у нас здесь кардинально разные интересы.

Пока этого не будет сделано, все будет в таком подвешенном, я бы сказал, состоянии, когда нам приходится больше гадать, чем точно прогнозировать.

Заведующий кафедрой международных отношений Дипломатической академии МИД РФ Борис Шмелев тоже считает, что рассчитывать на какой-то прорыв в российско-американской повестке дня пока не приходится:

— К сожалению, все больше и больше вскрывается фактов, которые свидетельствую о том, что каких-то принципиальных изменений в отношении России со стороны Соединенных Штатов Америки, видимо, не произойдет.

Окончательные выводы делать еще рано. Но и это заявление Госдепа, и недавнее расширение санкций против нашей страны, — все это говорит о том, что новая администрация все-таки не хочет идти на конфликт с Конгрессом, с политическим истеблишментом США из-за России. Тем более, в контексте тех задач, которые сейчас стоят перед Трампом, в конце концов, американо-российские отношения не являются ключевой проблемой. И для того, чтобы здесь расширить поле для маневра, не идти на обострение и не «дразнить гусей», что называется, окружение президента не делает никаких реальных пока шагов, которые свидетельствовали бы о намерениях искать компромиссы ради улучшения этих отношений.

— А это вообще возможно? И в какой мере?

— Не надо забывать, что разногласия, которые существуют между Россией и США (и вообще — с Западом), они носят принципиальный, системный характер. И развернуться в другую сторону для Трампа очень и очень непросто. Во всяком случае, пока он, видимо, этого делать не хочет.

Кстати, в последнее время много говорилось о том, что российско-американские отношения нужно рассматривать через призму американо-китайских отношений. Нужно анализировать этот треугольник — Россия, Китай, США.

Но все дело в том, что Соединенные Штаты не приняли пока окончательного решения и относительно своей политики на китайском направлении. Идти ли на торговую войну, идти ли на конфронтацию? Или попытаться договориться?

— Пока все говорит о том, что они все-таки не собираются идти на конфронтацию с Поднебесной…

— Пока… Тиллерсон, действительно, недавно был в Пекине. Не очень ясен исход его переговоров — о чем конкретно они там договорились? Во всяком случае, в ближайшем времени, видимо, состоится встреча президента США с главой КНР Си Цзиньпином. И там будут обсуждаться все эти вопросы.

Пока все находится в неком подвешенном состоянии. И на сегодняшний день ничто реально не свидетельствует о намерениях Вашингтона поменять курс в отношении России.

По украинскому вопросу принципиальных изменений тоже не наблюдается. И они опять обвиняют Россию в невыполнении минских договоренностей.

— Их бы энергию — да в мирных целях. Почему бы, например, не повлиять на Киев?

— В этом-то и все дело. Они не хотят давить на Порошенко и не хотят давить на Киев. То есть в принципиальном плане в подходе к украинскому кризису в Вашингтоне изменений не произошло.

При этом там всё прекрасно знают и понимают. И не надо никому раскрывать глаза на то, что собой представляет президент Украины, на самом деле. Но отказаться от этой политической линии они не могут. Поэтому и обвиняют Россию во всех грехах.

И если так пройти по основным вопросам международной безопасности, то мы увидим, что нас очень многое разделяет. Это касается и проблем разоружения, и европейской безопасности, и роли НАТО… и т. д. И ничего такого обнадеживающего — хотя бы в вербальном плане, с точки зрения, каких-то деклараций — со стороны Вашингтона мы здесь пока не видим.

И мы не видим каких-то консультаций даже на экспертном, низовом уровне на этот счет. Не видим обмена мнениями. А все попытки нашего посольства в США выйти на администрацию президента с целью начать какой-то диалог, трактуются совершенно превратно, как стремление оказать давление на американское руководство.

В Америке раздута такая паранойя в отношении России, что развернуть этот «корабль» и даже поменять курс сколько-нибудь Трампу крайне сложно. Трамп этого делать не хочет и пока не будет. А как долго он будет приспосабливаться к ситуации, мы не знаем. Поэтому на сегодняшний день Трамп — это один большой вопросительный знак для нас.

Источник

Фото АР

По теме:

Комментарий

* Используя эту форму, вы соглашаетесь с хранением и обработкой введенных вами данных на этом веб-сайте.