shadow

Россию и Штаты ждет ссора из-за Ирана

Что будет, если США выйдут из соглашения по ядерной сделке с Тегераном


shadow

Избранному президенту США Дональду Трампупредстоит оценить последствия возможного выхода из соглашения по ядерной сделке с Ираном. Об этом 9 ноября заявил официальный представитель Белого дома Джош Эрнест, когда отвечал на вопросы журналистов, будет ли Барак Обама просить Трампа сохранять приверженность США ряду обязательств, которые новый президент в ходе предвыборной кампании обещал пересмотреть. В частности — ядерную сделку с Ираном, на которую Тегеран согласился в обмен на частичное снятие санкций.

— Данное соглашение (в июле 2015 года — «СП»)поддержали наши союзники, а также Россия. Это хорошее свидетельство единства мирового сообщества. И президент Трамп должен оценить, какие последствия будет иметь односторонний выход США из ядерной сделки, — сказал Эрнест.

Как отметил представитель Белого дома, «стремление президента Обамы и его команды заключается в том, чтобы рассказать избранному президенту Трампу и его соратникам об этих вопросах и о связанных с этим выгодах».

Напомним, во время предвыборной гонки Дональд Трамп назвал заключение ядерной сделки с Ираном «позором» для США, подчеркнув, что ядерное соглашение принесло 150 млрд. долларов государству, «поддерживающему террор и готовому в любой момент применить атомное оружие». Трамп назвал еврейское государство «единственной демократией на Ближнем Востоке» и напомнил, что именно Иран вооружает ливанскую «Хезболлу» и пытается открыть еще один фронт борьбы против Израиля на Голанских высотах, со стороны Сирии.

В марте, выступая на ежегодной конференции Американо-Израильского комитета по общественным связям (AIPAC), он отметил, что одной из задач на посту президента США видит необходимость «полностью демонтировать глобальную сеть террора», созданную Ираном, и призвать Тегеран к ответу за нарушение достигнутых ранее соглашений — за испытания баллистических ракет, которые угрожают не только Израилю, но также странам Европы и США. Трамп также пообещал наложить вето на любые решения ООН, которые будут «навязывать ее волю» Израилю.

Отметим, что в СМИ не раз появлялись сведения о связях Дональда Трампа с еврейским бизнесом. Во время предвыборной гонки он создал консультативный комитет для анализа отношений с Израилем, а также представил своего главного юрисконсульта Джейсона Гринблата в качестве одного из советников по вопросам Израиля, сказав, что хочет «получать советы не только от людей, которые знают об Израиле, но и от людей, которые по-настоящему любят Израиль». Кувейтская газета «Аль-Кабас» одной из причин победы Трампа на выборах уже назвала «израильский след».

9 ноября Дональд Трамп провел телефонный разговор с премьер-министром Израиля Беньямином Нетаньяху, в ходе которого пригласил израильского премьера провести встречу в США «при первой возможности». «Премьер-министр (Израиля) поздравил Дональда Трампа с его победой на выборах и отметил, что у США нет более близкого союзника, чем Израиль, — говорилось в сообщении администрации Нетаньяху.

Однако возникает вопрос. Россия принимала участие в заключении договоренностей по ядерной программе Тегерана. В данный момент — выполнен контракт на поставку в Иран ЗРС С-300, а также ведутся переговоры о возможных закупках российских вооружений после окончания срока резолюции Совбеза ООН от 20 июля 2015 года о продлении оружейного эмбарго для Ирана на пять лет. Не говоря уже о том, что Иран является тактическим союзников России в сирийском конфликте. Так вот: не получится ли, что, допустим, при разрыве соглашения Трампом иранское досье станет еще одной причиной для обострения отношений между РФ и США, а также — между РФ и Израилем? Отметим, что в настоящее время глава кабинета министров России Дмитрий Медведев проводит переговоры с премьер-министром Беньямином Нетаньяху и президентом Реувеном Ривлином по вопросам двусторонних отношений и международной ситуации.

После того, как инициированная США и поддержанная международным сообществом сделка по иранской ядерной программе была заключена, появились надежды на то, что противостояние Запада с Ираном если не закончится, то стихнет, отмечает старший научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Борис Долгов.

— Но выполнение многих пунктов соглашения той и другой стороной вызывает вопросы, причем зафиксированное МАГАТЭ второе незначительное превышение Ираном разрешенного объема запасов тяжелой воды — самое незначительное, скажем так, нарушение.

На мой взгляд, дальнейшее функционирование этого соглашения достаточно проблематично, поскольку оно не решает всех проблем, прежде всего, в отношениях Ирана и США, в том числе и тех, о которых упоминал Трамп. Как известно, он с различных площадок крайне негативно высказывался о достигнутой уходящей администрацией сделке, поэтому я не исключаю, что она действительно может быть пересмотрена.

— Понятно, что более конкретно можно будет судить об этом, когда определится, кто будет занимать ключевые посты в администрации Трампа, но очевидно, что у будущего президента отношения с Израилем намного теплее, чем были у Обамы.

— Да, даже несмотря на то, то США и Израиль — стратегические союзники, а американские политики всегда подчеркивали, что израильское направление — приоритет внешней политики Соединенных Штатов. Возможно, что в произраильских заявлениях Дональда Трампа действительно играет какую-то роль предполагаемые бизнес-связи… Но даже в случае пересмотра иранской ядерной сделки я не думаю, что эта тема станет «горячей» в отношениях США и России. Судя по поведению Трампа, он как бизнесмен может найти и пойти на компромиссное решение.

Дональд Трамп не только выступал на конференциях AIPAC (американская общественная организация, целью которой является оказание влияния на проведение произраильского курса во внешней политике США) и делал заявления в духе «Израиль будет в безопасности, если я стану президентом Соединенных Штатов». В открытую печать не раз просачивались факты его связи с капиталами, которые контролируют еврейские финансовые структуры, отмечает востоковед, главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» РИСИ Аждар Куртов.

— Честно говоря, я не исключаю, что на некоторые ключевые посты в новой администрации Белого дома Трамп может назначить людей, которые были противниками заключения соглашений с Тегераном. Это сразу же станет реальным сигналом к ужесточению отношений с Ираном.

При этом не стоит забывать о двух моментах. Во-первых, пересмотр иранской ядерной программы — все-таки не первостепенная задача во внешней политике самих США, которые, видимо, в ближайшее время больше будут концентрироваться на решении своих внутренних проблем — сокращении количества мигрантов, поддержке национального бизнеса и т. д.

Во-вторых, даже за два месяца до официального вступления Трампа в должность президента могут произойти серьезные изменения в Сирии и Ираке, где иранский фактор имеет огромное значение. Более того, возможно изменение конфигурации коалиции в борьбе с «Исламским государством» * в центре и на востоке Сирии (о возможности взаимодействия с Россией на этом направлении Трамп не раз заявлял), а также — более активное включение проиранских шиитских формирований в битву за Мосул (как было, например, в боях за Фаллуджу, где участие проиранских формирований и чисто иранских подразделений в зачистке города не афишировалось — «СП»).

И если Иран, выполнив «на земле» задачи через своих креатур — ливанскую и иракскую «Хезболлу», афганцев-хазарейцев, не будет усиливать свое влияние в Сирии и Ираке и отзовет часть своих подразделений, то не в интересах Трампа (да и Израиля) будет выход США из соглашения. Хотя исключать пересмотра прежних подходов к иранской ядерной программе не стоит.

Несмотря на предвыборную риторику, иранская сделка и вообще ближневосточное направление — явно не первоочередные цели Дональда Трампа, полагает ведущий научный сотрудник Института проблем международной безопасности РАН Алексей Фененко.

— Скорее всего, вначале он займется пересмотром участия США в Парижском соглашении по борьбе с изменением климата, договоров по Транстихоокеанскому и Трансатлантическому партнерству, а также — латиноамериканским направлением.

А вообще стратегические интересы США и Израиля сильно расходятся, независимо от того, кто американский президент — симпатизирующий Тель-Авиву Дональд Трамп или кто-то еще. Дело в том, что Израиль объективно мешает выстраивать отношения Штатам с исламским миром — теми же монархиями Персидского залива. На Ближнем Востоке усиливаются подозрения, что США могут не поддержать Израиль в случае военного конфликта, как это фактически было во время Ливанской войны 2006 года. Израилю нужен повод для того, чтобы вернуть себе поддержку Соединенных Штатов. А те, в свою очередь, маневрируют и стараются держать некую дистанцию, в том числе и по палестинскому вопросу. Но вообще пересмотр иранской сделки, конечно, возможен в будущем — Штаты будут просто смотреть, как ведет себя Иран, и на этом крючке держать Тегеран.

 — Этот фактор может повлиять на отношения США и РФ?

— У меня всегда вызывает недоумение, когда говорят, что Россия здесь защищает Иран — Россия защищает, прежде всего, сама себя. Ведь, в общем-то, в чем вся подоплека иранского кризиса? В Договоре о нераспространении ядерного оружия есть статья, где прописано, что все неядерные страны имеют право на атомную энергетику. Если мы допускаем, что Иран не имеет права обогащать уран, значит, создается прецедент, что не все страны имеют право на атомную энергетику. То есть по факту это создает основу для пересмотра статьи Договора о нераспространении. И в Москве опасаются — а не дойдет ли однажды очередь до нас, именно в этом заключается основная игра.

Трамп позиционирует себя серьезным и волевым политиком, который привык относиться к международным договорам как к бизнес-контрактам. В этом плане есть опасность, что при обсуждении серьезных вопросов от него наоборот будет тяжело добиться компромисса, отмечает эксперт РСМД и Института Ближнего Востока Сергей Балмасов.

— Одно — когда имеешь дело с нерешительным Обамой, который воздерживался от принятия радикальных решений, другое — с харизматичным лидером. Поэтому как бы нам не получить сложностей, ведь российский президент — сильный лидер. Конечно, это всего лишь предвыборные обещания — о пересмотре ядерной сделки и о том, что патрульные суда Ирана будут «сметены с поверхности воды залпами пушек» в случае их «ненадлежащих движений» вблизи кораблей США в Персидском заливе. Но Иран также ведет себя не гибко, причем не только с Западом, но и с Россией. Поэтому американо-иранского обострения исключать нельзя.

Дружественные заявления Трампа в отношении Израиля — вещь закономерная. Незакономерным являлся чуть ли не антиизраильский курс Обамы. Это отнюдь не говорит, что Трамп намерен восстановить статус Израиля, тем не менее, эта страна — проверенный и надежный союзник Штатов. И если Трамп действительно собирается выполнить обещания об уменьшении присутствия США на Ближнем Востоке и об отказе от участия в ненужных для Америки конфликтах, то, несомненно, это требует опоры на неких «смотрящих» в регионе.

С одной стороны, нельзя и разом опрокинуть все то, что было достигнуто при Обаме в направлении Ирана, с другой — дальнейшая «оттепель» в отношениях, с точки зрения Трампа, не имеет смысла. Тем более что для пересмотра ядерной программы есть за что ухватиться: возникают вопросы к объекту Парчин и подозрения, что Фордо и Арак — это всего лишь некие декорации для того, чтобы туда просто-напросто водить «туристов» из МАГАТЭ (подробнее об этом читайте в материале «СП» — «Радиоактивная тайна Ирана и США»).

— Как в такой ситуации РФ можно маневрировать?

— Если Трамп предпримет односторонние шаги в сторону пересмотра ядерной сделки, то это автоматически толкнет Иран в нашу сторону. Естественно, Израиль будет всячески препятствовать нашему сотрудничеству в военно-технической сфере, но здесь необходимо дать ему понять, что Россия — не «банановая республика», которая согласна со всем, даже с тем, что ей не нравится. Не хотите поставок Ирану после окончания срока резолюции Совбеза ООН о продлении оружейного эмбарго — компенсируйте другими проектами. Мы ведь тоже прекрасно помним, что Израиль поставлял оружие Грузии и что в украинском кризисе не последнюю роль сыграли представители государства Израиль. Вопросы есть — они открыто не задаются, но держатся на карандаше. Так что, Израилю здесь также придется с нами договариваться.


* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года признано террористической организацией и её деятельность в России запрещена.

Источник

Фото ТАСС

Рейтинг: 0

Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.