shadow

Смертельная игра в референдум

Обсуждение статуса Донбасса может стать началом конца нынешней Украины


shadow

Проведение всеукраинского референдума о статусе Донбасса может привести к распаду страны, считает представитель Украины в Минской Контактной группе Ольга Айвазовская. Об этом она заявила в эфире телеканала ICTV во вторник, 30 августа.

«Проблема в том, что это прецедент отказа от территории по собственному желанию. И мы должны понимать, что в перспективе 5−10 лет Украина — это будет Киев и часть центральной Украины и все», — заявила Айвазовская.

Она добавила, что украинские военнослужащие уже больше двух лет гибнут за целостность страны, и вынесение вопроса о статусе Донбасса на голосование будет неуважением к их памяти.

Напомним, днем ранее поддержку проведения референдума о статусе Крыма и Донбасса выступила депутат Верховной Рады от фракции «Народный фронт» Виктория Сюмар.

«Мы должны вынести этот вопрос на референдум и далее, исходя из воли народа, строить политику относительно этих территорий. Иначе будет очень много злоупотреблений», — заявила Сюмар. По ее словам, в ближайшие пять лет Киев точно не сможет вернуть регион под свой контроль. «Нужно вложить огромные ресурсы в строительство и обустройство территорий. Да и население ненавидит Украину», — подчеркнула депутат.

Напомним, что референдум о федерализации был основным требований жителей Юго-Востока Украины весной 2014 го года. Однако новые власти проигнорировали требования граждан, предпочтя решить вопрос силой. Однако в бывших Донецкой и Луганской областях они наткнулись на отчаянное сопротивление, что привело к гражданской войне и формированию де-факто независимых от Киева народных республик. Большинство жителей региона 11 мая 2014 года проголосовало за отделение от Украины, и сегодня, спустя два года войны, судя по всему, вопрос о статусе для жителей Донбасса уже не стоит.

Стоит отметить, что это вопрос четко обозначен в Минских соглашениях: ДНР и ЛНР остаются в составе Украины в качестве регионов с особым статусом, что фактически означает федерализацию страны. Однако Киев, несмотря на принятые, согласно соглашениям, обязательства, не спешит их выполнять. По оценкам экспертов, президент Петр Порошенко просто не способен протащить нужные для реализации «Минска» законы и изменения в Конституцию через парламент, большинство депутатов которого выступают против предоставления Донбассу особого статуса.

— Обязательства, принятые в Минске прописаны так расплывчато, что Киев с успехом умудряется уже полтора года имитировать их выполнение, — отмечает экс-депутат горсовета Одессы, политолог Александр Васильев.

— С точки зрения Киева (и отчасти его западных патронов) состоит в том, что в Минске Москва, уступив политическому и экономическому давлению Запада, обязалась вернуть Донбасс в состав Украины, используя свое неограниченное влияние на мятежный регион. Соответственно выполнение «Минска» видится Киеву как разоружение ополчения и возвращение собственной администрации. Вместе с тем Киев вполне устраивает и нынешнее положение дел, при котором на войну можно списывать любые внутренние проблемы.

 — Если бы референдум о статусе Донбасса был проведен весной 2014-го года, каким был бы его результат? Удалось бы избежать негативных последствий? Или это действительно подстегнуло бы развал страны?

— Весной 2014-го года состоялось четыре референдума о самоопределении бывших украинских административно-территориальных единиц: Севастополя, Крыма, Луганской и Донецкой областей. Их результат всем известен. Еще в шести единицах — Одесской, Николаевской, Херсонской, Запорожской, Днепропетровской и Харьковской областях такой референдум провести не дали, хотя граждане на массовых акциях требовали именно этого. Если бы тогда такие референдумы новые власти дали бы провести, то совершенно однозначно не было бы никакой войны, и даже вполне вероятно, что Украина сумела бы сохраниться в прежних советских границах, правда Киеву бы пришлось отказаться от политического доминирования, а Львову от культурного. На это они пойти не могли, предпочитая цепляться за власть даже ценой утраты территорий.

Неприятие украинскими националистами плебисцита имеет давние корни. Еще 100 лет назад русские интеллектуалы в публикациях об украинском вопросе обращали на это внимание. Точно так же без всякого народного волеизъявления формировали территорию Украины Ленин, Сталин и Хрущев. Даже сейчас «свидомые» громадяне признают, что если доверить людям самим, напрямую, определять свою судьбу, то для Украины это будет иметь катастрофические последствия. И поверьте, они знают, о чем говорят.

— Некоторые идеологи «Майдана» еще весной 2014-го говорили, что для того, чтобы построить «европейскую Украину», необходимо избавиться от «ватного электората». Получила ли эта идея подтверждение? Выросла ли ее популярность за два года?

— Нужно понимать, что украинцы, в массе своей, готовы избавляться от электората, но не от территорий. Именно так они себе и представляют возвращение Крыма и Донбасса. Лишь немногие интеллектуалы на Галичине с самого начала были готовы ради европейского выбора жертвовать «совковым» Юго-Востоком. Но эта точка зрения возобладает только тогда, когда нынешний проект «Большой Украины» потерпит окончательный крах.

— Предлагая вынести вопрос на референдум, Сюмар признается, что у Киева нет денег на поднятие региона, и что население ненавидит Украину. При этом украинские власти постоянно говорят, что у них есть некий секретный план реинтеграции и «деоккупации» Донбасса. Вчера очередной такой план анонсировал Тука. Существует ли он в реальности и может ли он вообще существовать, учитывая препятствия, озвученные Сюмар?

— Здесь нужно понимать специфический птичий язык украинской элиты. Слова здесь означают свою прямую противоположность. Я подозреваю, что они уже готовы, пока в закрытом режиме, обсуждать отказ от де-факто утраченных территорий. Поскольку вернуть их либо силовым путем, либо путем построения на Украине более успешного государства, чем Россия, Украина просто не сможет. Соответственно вопрос в том, продолжать ли нынешнюю конфронтацию, либо мягко отползать на заранее подготовленные позиции. Как это сделало, например, новое грузинское руководство, которое конечно же не признает суверенитет Абхазии и Южной Осетии, но в отношениях с Россией старается эту тему более не педалировать.

— Все, на самом деле, предельно просто и примитивно, — уверен профессор МГУ, доктор политических наук, член Научного совета при Совете безопасности РФ Андрей Манойло.

— Статус Донбасса детально раскрывается в минских соглашениях. Но этот статус не устраивает украинскую сторону: они хотят вернуть себе контроль над Донбассом, не предоставив населению никаких прав и гарантий. Именно поэтому киевская власть в лице различных своих представителей в очередной раз пытается разыграть нехитрую комбинацию, в ходе которой должна произойти подмена понятий: в процедуру придания Донбассу особого статуса, по мнению Киева, должен вклиниться некий «референдум», о котором ни слова нет в минских соглашениях.

Делается это «тихой сапой», в наивной надежде, что Европа либо не заменят этого подлога, либо молчаливо с этим согласится, де-факто придав этой киевской корректировке минских соглашений законный статус. Возможно, что киевские власти надеются, что «референдум» придаст минскому процессу «еще большую демократичность»: мол, пусть свое слово скажет весь украинский народ. Сам же референдум нужен Киеву вот для чего: если все же случится так, что ЕС и Россия молчаливо согласятся на это предложение Киева, то, не зависимо от результата, референдум поставит крест на доскональном исполнении Киевом минских соглашений. Если «народ Украины» проголосует против придания Донбассу особого статуса (а такой результат несложно обеспечить под дулами автоматов националистов), это станет для киевской власти поводом для требования убрать из минских соглашений все, касающееся особого статуса Донбасса; если вдруг референдум даст положительные результаты, то его легитимность всегда можно оспорить, исходя из текста тех же минских соглашений, в которых он не предусмотрен, и подкрепив это заявлениями активистов типа Айвазовской, которой придать Донбассу особый статус мешает память карателей, погибших в т.н. АТО. Игра с проведением референдума — на самом деле, проста и примитивна.

 — Насколько оправдана позиция Айвазовской? Действительно ли сама постановка вопроса станет толчком к развалу страны?

— Я могу понять страх Айвазовой (и ее кураторов) по поводу возможной цепной реакции, которую может породить придание особого статуса Донбассу. Ведь это будет означать, что любые регионы, которые не хотят жить под безумной властью Киева, могут последовать примеру Донбасса, отстоявшего свою свободу с оружием в руках — у них появляется такое право. Если это движение к независимости от Киева примет одномоментный массовый характер, то у Киева просто не хватит карателей для того, чтобы всех вернуть обратно в унитарное государство; более того, возможно, первым, кто объявит о своем особом статусе, станет не Харьков или Херсон, а Львов, который недавноАндрей Парубий предложил «вернуть» Польше. И тогда действительно власть Киева будет сведена к самому Киеву и Киевской области. Эта угроза для Киева — вполне реальна, более того, это наиболее вероятный сценарий того, что ждет Украину в будущем. Но, на мой взгляд, к «параду суверенитетов» на Украине приведет не прецедент с Донбассом, а нарастающий экономический кризис, помноженный на тотальную коррупцию и бессилие официальной власти.

— Насколько, по-вашему, вероятен развал страны без всякого референдума? Можно ли сказать, что «Русская весна» уже запустила некие механизмы, которые рано или поздно сделают свое дело?

— Развал страны очень вероятен, а, возможно, и неизбежен. И главным катализатором этого процесса является не «Русская весна», которая никак не может пробиться сквозь обывательское сознание основной массы населения, верящей в единение с Евросоюзом, а нарастающий экономический кризис, коррупция, анархия и бандитизм. В этих условиях пройдет еще совсем немного времени и киевляне, так гордящиеся своим космополитическим мировоззрением («мы — граждане мира»), сами будут просить Путина ввести в Киев танки — для того, чтобы обуздать «новых петлюровцев», неонацистов, карателей и просто мародеров.

Вспомните булгаковский Киев 1919-го — это тот самый сценарий, который ждет Киев и Украину, если народ не одумается. История имеет обыкновение повторяться. Украина, получившая свой государственный статус благодаря случайности — развалу СССР, вся покрыта паутиной геополитических разломов, которые разрывают ее на части. Когда-то, при создании УССР, на это не обратили внимание — к Украине присоединяли территории, на которые даже Центральная Рада не смела претендовать (например, на Черниговскую губернию), не считая их исконно украинскими. Донбасс был присоединен с единственной целью — разбавить «идейно отсталое» сельское население коммунистическим пролетарским элементом. Сегодня все эти разломы и противоречия обрели остроту и актуальность. Можно сказать, что Украина «трещит по швам».

 — Айвазовская считает, что в перспективе 5−10 лет Украина — это будет Киев и часть центральной Украины и все. По-вашему, что может остаться от Украины в случае реализации сценария распада?

— В случае распада от Украины действительно останется только ее центральная часть во главе с самим Киевом. Запад Украины попытается присоединиться к кому угодно в Европе, даже к Албании (если она согласиться). А если западенцев в Европу не возьмут (европейцы еще не окончательно потеряли разум), то галицийцы объявят Евросоюз «тюрьмой народов» и попытаются создать на своей территории некий аналог Косово. Юго-Восток отколется от Украины прямо по линии Днепра и образует что-то свое (не обязательно в форме Новороссии). Крым уже стал частью Российской Федерации и никогда больше в состав Украины не вернется. Север пойдет на сближение с Россией. Дольше всего инертными будут оставаться сельскохозяйственные области (Полтавская, и др.), в которых наиболее сильно обывательское мышление и где до сих пор как мантру повторяют «Украина — цэ Эвропа». Но и они в итоге покинут «тонущий корабль». Главными причинами распада Украины при этом станут не политические разногласия, а нарастающий экономический кризис, выдвигающий на первый план лозунг «спасайся кто может».

— На Украине постоянно кто-то из политиков вспоминает о федерализации. Однако на официальном уровне эта тема замалчивается. Насколько и в какой перспективе может обозначиться рост сторонников идеи федерализации, если даже представитель «партии войны» Сюмар говорит об этом?

— Федерализация для унитарной Украины в ее нынешнем состоянии и с нынешней властью — это начало конца. Федерализация предполагает не только обособление территорий — она требует передачи значительной доли власти из центра в регионы. Это означает, что регионы де-факто обретут самостоятельность, от которой всего один шаг до провозглашения независимости (никто не хочет плыть на киевском «Титанике»), а нынешняя киевская власть, и так очень слабая и хилая, станет еще более слабой и окончательно приобретет «опереточный характер». Поэтому Порошенко будет всеми силами сопротивляться любым попыткам федерализовать Украину.

Другое дело, что федерализация Украины в условиях нарастающего кризиса может начаться стихийно, «снизу», в форме повторения «Русской весны» или «Беловежской пущи», и тогда Киев окажется перед состоявшимся фактом. Прекрасно осознавая, что федерализация — это угроза нынешней киевской власти, противники Порошенко пытаются использовать эту тему как страшилку, инструмент политического шантажа. Именно этим и объясняются мотивы заявлений Сюмар и других подобного рода «публичных политиков» (недавно об этом даже Савченко заговорила). Вместе с тем, пугая Порошенко федерализацией, эти люди ни на секунду не допускают, что такой сценарий на самом деле может стать для Украины возможным. А зря.

Источник

Фото ТАСС

Также можете посмотреть все новости Украины за сегодня

Рейтинг: 0

Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.