shadow

«Халифат» в Афганистане ослабили наркотики

Может ли ИГ расширить свое влияние в Средней Азии на фоне ближневосточных событий


shadow

В провинции Джаузджан на севере Афганистана был ликвидирован один из лидеров террористической группировки «Исламское государство» * Мохаммад Насир. Об этом 4 декабря сообщило агентство Khaama Press со ссылкой на заявление местных властей.

По словам главы администрации города Дарзаб, рядом с которым был убит террорист, в ходе боев были ранены по меньшей мере еще два боевика ИГ после того, как радикалы начали атаку на один из постов сил безопасности. Он также отметил, что в город были направлены дополнительные силы для отражения атаки террористов.

24 октября СМИ сообщили о ликвидации по меньшей мере девяти боевиков «Исламского государства» в результате отдельных спецопераций на востоке Афганистана.

Отметим, что весной 2015 года афганские силовики задержали в южных провинциях ИРА (Исламской Республике Афганистан) несколько фур, груженых новым стрелковым оружием (автоматы АК, пулеметы) и гранатометами, которые предназначались отрядам ИГ. СМИ сообщали о том, что «халифат» в Афганистане умело использует весьма важный аргумент — деньги. В частности, полевым командирам из числа талибов **, перешедшим на его сторону, платят по 500−600 долларов в месяц, рядовому составу — около 200 долларов. «Для них это деньги, учитывая экономические трудности и безработицу в Афганистане», — пояснял представитель ООН.

Тогда эксперты прогнозировали, что в 2016 году число боевиков «Исламского государства» в ИРА может увеличиться до 15−20 тысяч человек. А с таким количеством джихадистов ИГ сможет планировать достаточно крупные операции, причем не только в Афганистане, но и в Центральной Азии. Отмечалась активность позиций экстремистов в восточных и южных афганских провинциях — Нангархаре, Логаре, Гильменде, а также на севере страны — в Кундузе, Джаузджане и Парване.

Каковы в настоящее время позиции «халифата» в Афганистане? Представляет ли он угрозу для стран Средней Азии?

С тактической точки зрения уходящий год для ИГ в Афганистане не очень удачный. Боевики замкнуты в основном в Гильменде и их попытки расширить свое присутствие в других провинциях оказались не слишком успешными, отмечает заведующий отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин.

— Но причина этого — не противодействие ИГ власти, а его борьба с «Талибаном». Это как раз основной момент, на который следует заострять внимание, говоря о перспективах «Исламского государства» в стране по крайней мере в краткосрочной и среднесрочной перспективе.

Боевики, давшие присягу ИГ, понесли значительные потери в боях с «Талибаном» и отрядами, близкими к талибам, наподобие групп Гульбеддина Хекматияра или «Сети Хаккани». И не смогли расширить свое влияние в районах наркопроизводства. А это — «чужая кормовая база», от которой присягнувшие ИГ группировки просто хотели отхватить кусок не по чину. Причем это стремление было вызвано подъемом ИГ в Ираке и Сирии — до того, как ВКС РФ начали сыпать бомбами и как на этом фоне решил более активно действовать против «халифата» Пентагон. В тот период казалось, что Дамаск под натиском различных групп скоро падет, а под черное знамя ИГ будут вставать еще больше последователей. Именно тогда, скажем, инструкторы начали проникать на территорию Афганистана, чтобы обучать группировки, согласившиеся дать присягу.

— Какова, на ваш взгляд, численность именно функционеров ИГ в Афганистане?

— В 2014 году спецпредставитель президента РФ по Афганистану Замир Кабуловговорил о небольшой группе — «сотне, может быть, чуть больше». В настоящее время большинство западных и центральноазиатских экспертов называют цифру 8−10 тысяч человек с перспективой возможного увеличения. Но до начала российской операции и активизации Запада ИГ делало расчет на перетаскивание под свое знамя значительной части талибов, причем банальным способом — деньгами. Насколько известно, тогда рядовому бойцу без всякой квалификации предлагалась единовременная сумма в пределах тысячи долларов и зарплата — 200−300 долларов в зависимости от провинции и интенсивности боевых действий.

 — По афганским меркам это неплохая сумма…

— Да, как для рядовых бойцов «Талибана» и союзных ему групп, так и для исламистских интернационалистов — вроде «Исламского движения Узбекистана» (ИДУ) ***, большая часть которого принесла присягу ИГ. Учитывая этот фактор и волну эйфории, повторю, была сделана ставка на взятие под контроль наркопроизводящие южные, юго-восточные и восточные провинции. Но поскольку начались известные события в Сирии, был нарушен нефтяной трафик, а также активизировался Вашингтон в Ираке, то с каждым месяцем возможности для покупки лояльности, вербовки и в целом демонстрации успешности бренда снижались. В итоге весь 2016 год «халифат» занимался не расширением своих территорий, а попытками удержания того пространства, которое у него есть. А в Афганистане, как я уже сказал, им дали отпор талибы. Хотя в их отношениях были попытки разных откатов, когда заключались договоренности о ненападении и своеобразном партнерстве.

— Когда 28 сентября 2015 года талибы захватили Кундуз — столицу одноименной провинции на севере страны, граничащей с Таджикистаном, то местные власти заявляли, что якобы бок о бок с отрядами «Талибана» воевали радикалы ИГ.

— Насколько можно судить, попытки совместных действий талибов и боевиков ИГ действительно были, но они все-таки носили характер координации действий на уровне полевых командиров на местах и укладывались в рамки стратегии «халифата». Но затем возможности ИГ сократились, и сейчас время работает против них. А талибы в 2016 году если не улучшили свои позиции, то явно не ухудшили. Был второй штурм Кундуза, несколько успешных наступлений на юге, да и сейчас они готовятся к новым ударам по правительственным войскам. То есть у них все более-менее в порядке, и нет необходимости в выстраивании партнерства с ИГ на афганской территории. Наоборот — талибы видят в нем того, кого в принципе и должны видеть — конкурента. Тем более, есть ожидание того, что Дональд Трамп будет сокращать американское присутствие в том числе и в Афганистане. Конечно, есть инерция войны, обязательства и действующие программы, но ясно, что правительство в Кабуле находится в непонятном положении именно из-за неопределенности курса новой президентской администрации США.

Конечно, американцы не дадут пасть официальному правительству в Кабуле — они слишком много в него вложили. И даже сокращая ресурсы будут стараться удержать нынешнюю коалицию у власти. Но талибы будут расширять свое влияние и смогут сильно ослабить ИГ.

— Но разве сокращение контролируемых территорий в Ираке и Сирии не будут способствовать тому, что руководство ИГ может обратить внимание на Афганистан, тем более что плацдарм там уже создан?

— Действительно есть и другой сценарий: по мере того, как исламистов будут жать в Ракке и Мосуле, часть наиболее подготовленных и мотивированных кадров могут перебраться в том числе и в Афганистан. В силу своих знаний, мотивации и при поддержке внешних игроков, вернее, их финансовых ресурсов, они смогут расширить влияние на территории Афганистана. Поэтому вероятность того, что «халифат» как проект могут перезапустить, безусловно, есть. И тогда талибам придется пересматривать свою политику по отношению к ИГ.

У нас нет оснований полагать, что костяк отрядов ИГ в Афганистане составляют боевики, которые раньше воевали в Сирии или Ираке, отмечает директор Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА) Омар Нессар.

— В основном это присягнувшие группы ИДУ и других радикальных организаций. Поэтому определить численность ИГ особенно на севере страны крайне затруднительно. Во-первых, как я уже сказал, количество выходцев с Ближнего Востока там немного и прямая связь с Раккой или Мосулом не такая уж большая. Во-вторых, где-то ИГ воевало с «Талибаном», но в ряде районов были признаки их сотрудничества. В-третьих, стоит обратить внимание и на странный подход афганских властей и правоохранительных структур к ИГ — в начале они не особо с ним боролись.

В целом, масштаб присутствия ИГ в Афганистане не оправдал опасения многих экспертов. Год назад действительно большинство аналитиков прогнозировало ускоренный темп становления ИГ. Однако в настоящее время «Талибан» доминирует, и иностранные боевики часто вынуждены подчиняться талибам, потому что не могут существовать без такой поддержки. С другой стороны — подобные опасения логичны, потому что даже сейчас непонятно, что будет дальше с «Исламским государством». Скажем, теракты в Кабуле и других городах направлены против шиитов, то есть их организаторы явно пытаются столкнуть между собой шиитов и суннитов. Пока это не дает плоды, но если дальше эти силы будут продолжать в прежнем направлении, то риск расширения ИГ возрастет.


* «Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

** «Талибан» Верховным судом РФ 14 февраля 2003 года был признан террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

*** «Исламское движение Узбекистана» Верховный суд РФ 4 февраля 2003 признал террористической организацией, деятельность организации на территории России запрещена.

Источник

Фото ТАСС

0

Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Войти без регистрации: