Оглавление:
Костры, трос и обмороженные пальцы: как деревня спасла советских космонавтов
Советская космонавтика знала аварии, но с таким столкнулась впервые: спускаемый аппарат вместо степи приводнился в соленое озеро, и выходной люк ушел под воду. Вячеслав Зудов и Валерий Рождественский оказались заперты внутри тонущего корабля посреди снежного бурана.
Миссия, которая пошла не так еще до старта
Экипаж «Союза-23» собрали из двух очень разных людей. Командир Вячеслав Зудов, 34 года, пришел в космонавтику из авиации: еще школьником он мастерил ракеты и запускал их то на кухне, то в поле за домом. Бортинженер Валерий Рождественский, 37 лет, до отряда космонавтов успел поработать водолазом-глубоководником — редкий путь для советского космонавта, которых обычно набирали из летчиков и инженеров. В Звездном городке ему дали прозвище «Адмирал».
Оба готовились к полету почти десять лет: в отряд их зачислили в 1965-м, а старт состоялся только в октябре 1976-го. За неделю до этого на Байконуре взорвалась ракета с аналогичным спутником, и запуск перенесли, чтобы разобраться в причинах. Зудов позже не исключал, что именно та авария спасла экипажу жизнь.
Неприятности продолжились на космодроме: сломался автобус, который вез космонавтов. А сам день старта, 14 октября, пришелся на Покров — праздник, в который, по народному поверью, не стоит браться за сложную работу. «Говорят, что в этот большой христианский праздник нельзя выполнять сложную работу. Но ведь тогда все мы были атеистами», — вспоминал командир.
Двое суток на орбите вместо двух недель
Старт прошел штатно, и космонавты впервые увидели Землю из космоса. Но главная задача миссии — стыковка с «Салютом-5» — сорвалась. Автоматика не давала причалить, ручное маневрирование не помогло: расстояние до станции оказалось слишком большим. Топливо закончилось, остался запас только на возвращение.
Экипаж провел в космосе двое суток вместо запланированных двух недель. Космонавты просили центр разрешить продолжить попытки, но на Земле решили не рисковать. «А ведь предполагалось, что мы будем работать на орбите две недели. Было чрезвычайно обидно», — признавался Рождественский.
Ночь в ледяном озере
Посадка выпала на 16 октября. Внизу бушевала снежная буря, температура упала до минус 20, темнело. Спускаемый аппарат проскочил расчетную точку на 121 километр и вместо степи оказался в соленом озере Тенгиз. Местные называли его «сор» — гиблое место: илистое дно, топкие берега.
Соленая вода замкнула контактное реле. Сработал огромный запасной парашют, утонул и потянул капсулу за собой. Аппарат перевернулся, космонавты повисли вверх ногами, а выходной люк ушел под воду. Кислород заканчивался, внутри становилось все холоднее.
«Прошел час, второй, третий… Холод внутри был собачий. Мы чувствовали себя кильками в консервной банке, которую по ошибке засунули в морозильную камеру», — вспоминал Рождественский.
Найдя нож в аварийном наборе, напарники сняли скафандры, переоделись в шерстяные костюмы и стали ждать. За траекторией следили с командного пункта, но погода сорвала спасательную операцию: вертолеты вязли в топи, туман закрывал озеро. Советская космонавтика впервые столкнулась с приводнением — и штатного плана на такой случай не было.
Спасение всем миром
Первыми на помощь пришли местные жители. В поселке отмечали рождение дочери тракториста совхоза имени Абая, когда рядом начали садиться вертолеты. Сельчане разобрали заборы вокруг огородов и разожгли на берегу огромные костры — вертолетчики потом признавались, что эти огни служили им маяками.
К капсуле первым пробился командир вертолета Николай Чернявский. Он добрался до корабля на одноместном надувном плоту, убедился, что экипаж жив, но вернуться против ветра уже не мог. Открыть затопленный люк и вытащить космонавтов он тоже не мог. Чернявский остался у «Союза»: перестукивался с пленниками, пытался отогреть дыхательное отверстие.
Ситуацию переломил вертолет из Караганды под командованием подполковника Николая Кондратьева. Он решил зацепить капсулу тросом и отбуксировать к берегу, хотя инструкция это запрещала. Погода улучшилась, Чернявский снизу помог закрепить трос. Примерно за час корабль дотащили до суши.
Всего космонавты провели в озере около 12 часов. Травм они не получили, а вот Чернявский из-за сильного обморожения потерял два пальца. Позже его заставили писать объяснительную — почему он покинул свой вертолет.
После — и вместо
Разбирательством занялась государственная комиссия. Сначала вину пытались переложить на экипаж, но вмешался Леонид Брежнев. В начале ноября он встретился с космонавтами в Кремле и спросил у свиты, почему герои явились без Золотых Звезд. На следующий день Зудову и Рождественскому вручили звания Героев Советского Союза.
Чернявского хотели наказать за самоуправство, но спасенные заступились за него. Ни Зудов, ни Рождественский больше в космос не летали. На основе этого случая в Центре подготовки имени Гагарина создали отдельную службу спасения космонавтов, а в соседней деревне осталась песня о той ночи.
Урок озера Тенгиз — аналитика «Правды-ТВ»
История «Союза-23» вышла за рамки одного ЧП: она обнажила слабое место советской космической программы, где траекторию считали точно, а погоду и рельеф в зоне посадки учитывали недостаточно. По сути, экипаж спасла не штатная инструкция, а импровизация — решение Кондратьева буксировать капсулу вертолетом и костры, которые зажгли местные жители. Как отмечает Pravda-TV.ru, именно этот случай подтолкнул Центр подготовки имени Гагарина к созданию отдельной службы спасения космонавтов. Показательно и другое: государственная комиссия сначала искала виноватых среди экипажа, и только вмешательство Брежнева перевернуло ситуацию. Сегодня этот эпизод — напоминание о том, что за сухими строками отчетов стоят люди, готовые рисковать ради других.