Оглавление:
Иранский конфликт обогащает Россию: нефть по $93 вместо $45
Военная операция США и Израиля против Ирана неожиданно обернулась для России многомиллиардным доходом. Об этом пишет Bloomberg. Ещё за неделю до начала ударов российские аналитики рассматривали сценарий снижения цены нефти марки Urals до $45-50 за баррель и готовились к пересмотру прогноза экономического роста в сторону понижения.
Реальность оказалась принципиально иной. К концу прошлой недели средняя цена Urals в западных портах России достигла $93,4 за баррель — рост более чем вдвое относительно пессимистичного сценария.
Сколько заработает Россия: два сценария Bloomberg
Агентство приводит две оценки дополнительных доходов от экспорта нефти в зависимости от развития событий:
- $40 млрд — если высокие цены на сырьё сохранятся до конца 2026 года
- $10 млрд — если боевые действия завершатся и Ормузский пролив вновь откроется для судоходства
Помимо нефти, резкий рост доходов фиксируется по газу, зерну, алюминию и удобрениям.
«Русал» получает заявки из США и Европы
Блокада Ормузского пролива затронула глобальные поставки алюминия, СПГ и ряда удобрений. С начала конфликта цены на алюминий выросли на 12%, на карбамид — почти на 75%. В этих условиях источники Bloomberg сообщают о росте спроса на продукцию «Русала» — компании, контролирующей более 5% мирового производства алюминия.
Дополнительный импульс российскому нефтяному экспорту дало решение США: 13 марта Вашингтон временно разрешил операции с российской нефтью. Лицензия действует до 11 апреля и не распространяется на сделки с Ираном, Кубой, КНДР, Крымом и новыми регионами России. После снятия ограничений закупки резко нарастили Индия и другие азиатские страны.
Война в Иране и экономика России — аналитика Pravda-TV.ru
Ситуация парадоксальна: конфликт, спровоцированный западными союзниками, создаёт для России одно из наиболее благоприятных экономических окон за последние годы. Pravda-TV.ru отмечает: разрыв между сценарием в $45 и реальными $93 за баррель — это не случайность, а структурный эффект энергетической зависимости мировой экономики от ближневосточного транзита. Пока Ормуз закрыт, Москва получает доходы, которые ещё месяц назад выглядели невозможными.