Медицина и здоровье

Можно ли «обожраться» до смерти?

Как вы помните, я совсем недавно приехал из «оллинклюзивных мест» и вот один из вопросов, которые меня там беспокоили не на шутку.

Можно ли вместить в себя столько еды, что умрешь? Каждый из нас оказывался в ситуации, когда после трех порций салатика, курочки, картошечки, хлебушка, закуски, колбаски, майонезика, рыбки, еще салатика… «вот этот десертик» уже никак не влезал.

А если бы влез? А потом еще!

Главный врач Джон О. Кларк, Медицинская школа Стэнфордского университета:

«Закормить себя до смерти крайне сложно, но в теории возможно. Кажется, что желудки лопаются часто, но в действительности это редкое событие ­– желудок намного прочнее любого другого сегмента кишечника и способен расширяться. Он прекрасно справляется с большими приемами пищи, но если вы слишком сильно растянете желудок, он вызовет рвоту. Поэтому, хотя случаи разрыва желудка действительно бывали, переедание до такой степени случается чрезвычайно редко, потому что желудок быстро расширяется и просто успевает уйти из-под критического давления пищи. Желудок обычного человека расширяется примерно на литр после любого приема пищи, но, конечно, он способен расширяться и дальше. Люди, которые могут съесть пятьдесят-шестьдесят хот-догов, обычно обладают крайне способным к расширению желудком и, что поразительно, они фактически замедляют опорожнение желудка. Пока не совсем понятно, почему так. Возможно, медленное опорожнение желудка в некоторой степени устраняет голод, поэтому они могут продолжать есть. В таких ситуациях, несмотря на массивное количество пищи, которую они поглощают, ни у кого из них никогда не бывало разрыва желудка.

Куда чаще появляется рвота от переедания. Есть, к примеру, синдром Бурхаве, при котором от рвоты и сильных движений пищевода можно получить разрыв пищевода. За свою карьеру я не видел разрыва желудка ни разу, но с синдромом Бурхаве – парочку видел.

Есть еще вариант, не совсем похожий на разрыв – разрыв Маллори — Вейсса, когда на гастроэзофагеальном стыке разрывается пищевод. Он может приводить к значительным кровотечениям, хотя и не к таким, чтобы человек умирал на месте от кровотечения. Но если это произошло вдали от медицинской помощи, теоретически от этого можно и умереть.

В теории, если бы вы переели чего-нибудь с высоким содержанием металла или минерала, от которого может быть передозировка, у вас будут проблемы. Лично я такого на практике не видел, но друг рассказывал мне, что кто-то съел огромное количество омаров – килограмма три – и попал в больницу с отравлением йодом. Но вам пришлось бы съесть реально много продуктов с высоким содержанием ртути или йода или еще чего-нибудь, что обычно имеется в следовых количествах».

Главный врач Барбара Юнг из Университета штата Иллинойс:

«На долгой дистанции – определенно: вы сможете закормить себя до смерти. Рост ожирения среди населения развитых стран – очевидный признак. Высокий уровень смертности у нас в США связывают с ожирением напрямую, либо от осложнений, вызванных ожирением, либо от сопутствующих проблем – сердечно-сосудистых заболеваний, рака и так далее.

Если люди обеспокоены тем, чтобы не умереть от праздничного пиршества: вы должны понимать, что тело хочет жить, поэтому оно скажет, когда уже хватит и когда больше уже нельзя ничего съесть. Очень немногие смогут пересилить себя и продолжить есть, потому что это тяжело.

От переедании можно было бы умереть, если бы температура пищи была слишком низкой и вы бы просто переохладились, поглотив большое количество холодного. Либо если вы съели гораздо больше, чем вмещает желудок. Еда отправляется в желудок, проходя через кишечник, и если желудок забит, ей остается только двигаться наверх, то есть в обратном направлении. Осложнения, вызванные рвотой, могут включать удушье (когда еда попадает в дыхательные пути) или кровотечение, связанной с разрывом пищевода. Но такое случается очень редко, потому что тело само себя регулирует и не хочет переедать».

Мерлин Батлер, профессор психиатрии, бихевиористики и педиатрии в Медицинском центре Канзасского университета:

«Накормить себя до смерти – это феномен, который мы наблюдаем на примере синдрома Прадера —
Вилли, который является наиболее распространенной известной причиной болезненного ожирения у людей. Это редкое заболевание – может быть, около 400 000 человек по всему миру им страдают.

Лица с синдромом Прадера — Вилли проходят через два основных клинических этапа. Первый этап – неспособность нормально развиваться: они рождаются очень слабыми, со сниженной активностью плода. Они также гипотоники, что приводит к иному кормлению.

Продолжается это несколько месяцев, до года, может, дольше, и затем у них начинает расти аппетит. Растет он экстремально – развивается гиперфазия. Тело быстро жиреет. В пищу идет все, что попадает под руку, пока человек не уснет или у него не лопнет желудок. Разрыв желудка – распространенная причина смерти при синдроме Прадера — Вилли. Это основная особенность.

Часто их помещают в контролируемую среду со строгой диетой, чтобы у них не было доступа к еде и желудки становились меньше. И тогда может произойти такое, что они переедят, а их желудок будет похож на сморщенный чернослив: они переедают, а желудок лопается.

Они знают, что переедают, потому что их ограничивали в еде, но продолжают есть и не чувствуют насыщения. Мозг говорит: «я голоден, я голоден, я голоден», но не говорит: «я полон, я не могу больше есть». Пациенты с Прадером — Вилли также неспособны рвать. Бывало даже такое, что дети с Прадером — Вилли могли выпрыгнуть в окно, услышав гудок фургона с мороженым. Они даже могут есть то, что в пищу непригодно. Это может быть очень опасно для жизни».

А есть еще вот такое мнение о том, почему желание поесть зачисляется в грехи. Вокруг же полно вещей, которые, казалось бы, больше заслуживают быть в «почетной семерке», нежели простое обжорство, к которому мы чаще всего весьма снисходительно относимся. Ведь голод, по убеждению ученых, это просто своеобразный маячок, который начинает указывать нам, что у организма не хватает энергии. Но это только на первый и очень невнимательный взгляд…

Фома Аквинский определил главные пороки в качестве источника множества грехов следующим образом: «главный порок таков, что имеет чрезвычайно желанную цель, так что в её вожделении человек прибегает к совершению многих грехов, которые все берут начало в этом пороке как их главной причине»

Наши предки не знали о дофамине, но они верно подмечали, что «алчность не имеет границ». И если вы удовлетворяете едой эмоциональный голод, или «шлифуетесь» едой, то такое поведение приводит к серьезным нарушениям системы дофамина. Напомню, что в норме дофаминовая система работает как кнут, а не пряник.

За небольшими исключениями, данная система контролирует не столько награды, сколько наказания, путем перекрывания дофамина. В таких случаях уровень дофамина падает (например, в случае голода), заставляя нас предпринимать активные действия. В итоге система поощрений ненадолго возвращает дофамин, и нам становится хорошо. Этот же механизм работает, например, при победе на спортивном соревновании, похвале или осуждению других людей, и т.д. Падение дофамина подгоняет нас к достижению цели, что может быть достигнуто ценой перенапряжения и стресса.

Т.е., если вы едите, когда есть реальная потребность, то такое поведение не нарушает работу дофаминовой системы. Это не чревоугодие. А если вы едите для удовольствия – то это классический дофаминовый стимулятор! Т.е., согласно традиционному знанию, все что избыточно стимулирует дофамин – это чревоугодие. Стимуляция дофамина сладким — это распространенный способ. Мы узнаем, что сахар ничем не отличается от наркотика и может вызывать зависимость, особенно для людей с генетической или социальной предрасположенностью. Да-да, люди, которые кусочничают конфетками, печеньками или сладкими иогуртиками, на самом деле ничем не отличаются от курящих. Для нашего мозга обе модели поведения одинаковы. Желание перекусить – это абсолютный аналог желания покурить или выпить.

Источник

По теме:

Комментарий

* Используя эту форму, вы соглашаетесь с хранением и обработкой введенных вами данных на этом веб-сайте.