shadow

Эстонские русские живут изолированно, но все равно называют Эстонию своей родиной

Yle, Финляндия Марьё Някки (Marjo Näkki)


shadow

В школьном классе занимается примерно десять ребят. Миша, сидящий во втором ряду, читает текст из своей тетрадки.

«Сегодня я дежурный в 5 „А“ классе. Мне 11 лет. На моей парте лежит книга, тетрадка и ручки».

Говорит он по-эстонски, но с русским акцентом. Грамматические ошибки исправляет учитель Рийна Казаченко (Riina Kazatsenko). Она преподает в расположенной в центре Кохтла-Ярве средней школе официальный язык страны — эстонский.

Учеников много, потому что только 10% жителей города являются эстонцами. В городе преимущественно говорят на русском. Каждый четвертый житель Эстонии считает русский своим родным языком.

«Если дома ребенку скажут, что эстонский язык не нужен, потому что раз мне он был не нужен, то и тебе не понадобится, тогда результат будет очевиден», — говорит Казаченко.

Детям задано на дом выучить наизусть стихотворение любимой эстонской писательницы Эллен Нийт (Ellen Niit) «Зимняя песня медведя». Затем учительница спрашивает, кто, как договаривались, смотрел вечером новости на эстонском канале. Ни одна рука не поднялась.

— Почему?

— Я не нашел его.

— У нас нет эстонских каналов, — отвечают дети.

В Кохтла-Ярве работают каналы российского телевидения. Телевизионные тарелки украшают сталинские кирпичные дома и советские типовые постройки.

Главным зданием на центральной площади города является торговый центр. Раньше здесь был кинотеатр «Победа». С его стен вас приветствуют серпы, молоты и пятиконечные звезды. Владелец здания решил, что оставит их, когда делал ремонт. В том же духе был отремонтирован и дворец культуры Кохтла-Ярве.

На других территориях бывшего Советского Союза, таких как Литва и Украина, все подобные символы уничтожены.

«От истории никуда не денешься. Мы не можем притвориться, что все началось только 26 лет назад, когда Эстония получила независимость», — объясняет предприниматель Марк Федоров.

Он родился 25 лет назад, как раз в тот самый год, когда Советский Союз распался.

В городе господствуют преимущественно желтые и серые цвета. Постройки сталинских времен могли бы выглядеть красиво, но они находятся под охраной и ветшают без ремонта.

«Фасады надо было бы отремонтировать в соответствии со стандартами, но для этого нет денег», — объясняет Федоров.

Возрождение города является одной из тем предвыборной кампании Федорова. Молодой человек хочет заниматься политикой в своем уезде, чтобы решать вопросы жизни своего города.

Естественным выбором была бы правительственная Центристская партия Эстонии, которая представлена в Кохтла-Ярве и других уездах, где большинство населения составляют русские. В предстоящих осенью этого года выборах Центристская партия будет с еще большим упорством выступать за улучшение положения русскоязычного населения.

Как не удивительно, но Марк Федоров говорит, что будет стремиться стать депутатом от Партии реформ Эстонии, представители которой рассматривают русское меньшинство в качестве внутренней угрозы для безопасности. Он считает, что именно простые люди могут что-то изменить в Кохтла-Ярви.

Шахты видны и ощущаются в Кохтла-Ярве повсюду. Терриконы превращают изначально равнинный силуэт города в холмистый. Волосы слипаются, запах газа бьет в нос. Даже центральный парк города разбит вокруг шахты.

Территория Кохтла-Ярве на протяжении столетий представляла собой разрозненные деревни и усадьбы. Затем в недрах уезда Ида-Вирумаа было найдено эстонское золото − горючий сланец. Это объединило все деревни в один город.

Немцы тоже поняли ценность горючих сланцев. Шахты Ида-Вирумаа поставляли горючее и топливо нацистской Германии. Евреев свозили в трудовые лагеря из оккупированного Остланда, главным образом − из Литвы. Пришедшие вслед за немцами бойцы Красной армии находили трупы в шахтах.

© flickr.com, Bernt Rostad
Заброшенная шахта в Кохтла-Ярве, Эстония

В Кохтла-Ярве Красную армию до сих пор вспоминают как освободителя. Окончание Второй мировой войны отмечают 9 мая. В этот день жители Кохтла-Ярве собираются у монумента погибшим в годы Второй мировой войны, и представитель посольства России возлагает венок к подножию памятника.

Оранжево-черные георгиевские ленточки, символы России, можно здесь увидеть и сейчас.

В годы советской власти добыча горючего сланца развернулась в полную силу. Шахты предоставляли хорошо оплачиваемую работу, и в Кохтла-Ярве поехали тысячи людей со всего Советского Союза. Город начал строиться, и эстонцы превратились в меньшинство.

Затем изменилось и время, и промышленность. Рабочие места исчезли, людские потоки изменили направление.

Уезд Ида-Вирумаа уже много лет возглавляет списки районов с высоким уровнем безработицы. Уровень доходов населения здесь ниже, чем в других районах Эстонии. Количество жителей Кохтла-Ярве ежегодно уменьшается на тысячу за счет миграции.

Над ледовым стадионом растянут баннер с надписью «Наш хоккей, наша победа» и гербом города Кохтла-Ярве.

В Эстонии в хоккей играет по большей части русскоязычное население. На трибунах дрожит от холода десяток родителей, у бортика коробки два отца выкрикивают наставления проезжающим мимо них отпрыскам.

На льду за игроками внимательно наблюдает Александр Сметанин. Он тренирует молодежную команду Кохтла-Ярве «Эверест».

Сметанин родился в Кохтла-Ярве. В 1980-х его собственный тренер пришел набирать маленьких игроков прямо в детский сад. Сметанин помнит, как они ехали за тренером, держась за веревку.

«Нас тогда было сорок человек. Сейчас мне из своих игроков даже команды не собрать», — говорит он.

Команду усиливают игроками из Таллинна, Тарту и Нарвы. Затем едут в Петербург, где «Эверест» играет в своей возрастной группе.

Петербург, который находится по другую сторону границы, для многих жителей уезда Ида-Вирумаа является популярным направлением. Границу можно пересечь с российским паспортом или с так называемым «серым» паспортом без визы. Серый паспорт — проездной документ для лиц без гражданства. Такой паспорт есть у 80 тысяч эстонских русских.

У 36-летнего Сметанина сначала тоже был серый паспорт. В 18 лет он уехал играть в профессиональный хоккей в Белоруссию и Россию. Там он получил российское гражданство.

Через 10 лет работы стало меньше, и он вернулся в Эстонию. Он выучил эстонский язык и сдал экзамен для получения гражданства. Сейчас у него паспорт Эстонии, жена и трое сыновей в Кохтла-Ярве.

«Я знаю, что выжил бы где угодно, но Кохтла-Ярве — это мой дом», — говорит он.

Сметанин любит свой родной край, как и все жители Кохтла-Ярве.

Три года назад сразу после захвата Крыма представители международных СМИ приехали в Ида-Вирумаа с целью найти сепаратистов среди эстонских русских. Считалось, что уезд, в котором проживает русское меньшинство, будет следующей зоной волнений. Но вместо зеленых человечков журналисты нашли обычных жителей маленьких городков с их обычными проблемами.

Большинство эстонских русских не понимает заявлений основного населения страны, в которых от русскоязычного населения требуют интеграции в эстонское общество. Для них Эстония уже является домом. Дети растут, говоря на русском языке, но под эстонским флагом.

«Здесь люди много работают и пытаются жить достойно. Когда трудишься изо всех сил там, где находишься сейчас, происходящее в мире не играет большой роли», — рассуждает Сметанин.

«Слава богу! Аллилуйя! Аминь!»

Люди стоят и качаются в такт музыке. Некоторые подняли руки вверх, у других они сложены вместе. Началась церковная служба. Хор слаженно исполняет госпелы — многоголосые ритмичные песни.

«Благословляю русских, благословляю эстонцев, благословляю всех живущих», — провозглашает священник в перерывах между песнями.

С первого взгляда кажется, что церковная община состоит из людей среднего класса и при этом всех без исключения счастливых. Однако если присмотреться, то на многих можно заметить следы тяжелой жизни.

Многие из участвующих в службе — бывшие алкоголики и наркоманы. Таких в Кохтла-Ярве много. Социальных проблем стало больше, а через восточную границу потоком идет дешевый алкоголь и другая продукция.

«Три раза я сидел в тюрьме и шесть лет жил на складе», — говорит 58-летний Валерий Серебряков после службы.

Однажды утром он проснулся после очередной пьянки и увидел около двери склада пакет, полный еды.

«Я подумал, что опять кого-нибудь ограбил», — вспоминает Серебряков.

Через несколько дней на складе появились два служителя церкви, которые принесли Серебрякову еду и Божье Слово.

У его 38-летней жены Ольги почти такая же история. Ее спас Владимир Васин, активист методистской церкви и опора всех наркоманов и алкоголиков.

Мрачного вида Васин сам в прошлом был наркоманом. Он как никто другой всего повидал, но не считает Кохтла-Ярве безнадежным местом.

«Все зависит от того, как человек воспринимает себя сам. Не могу сказать, что здесь нет возможностей», — считает Васин.

На юге Кохтла-Ярве расположен микрорайон с удивительно знакомым для финнов названием. Оутокумпу — один из самых желаемых адресов для проживания, и на это есть причины.

«Финские дома очень хорошо построены», — расхваливает микрорайон его житель Антон Карханин.

Микрорайон Оутокумпу построен в 1970-х годах по проектам финского города-побратима Оутокумпу. В Северной Карелии, в свою очередь, есть площадь Кохтла-Ярви.

В этих домах может быть не более пяти этажей, потому что под участками проходят штольни, и на поверхности нельзя создавать значительные нагрузки.

У семьи Карханина в Оутокумпу две квартиры в одном подъезде, потому что для десятерых детей одной квартиры было бы мало.

Трое старших уже уехали в Таллинн. Самый старший 22-летний Кирилл учится в Морской академии, 21-летняя Дарья − в Эстонской академии музыки, а 20-летний Симеон − в Колледже полиции. Но они собираются вернуться назад.

«Девиз нашей семьи — где родился, там и пригодился», — объясняет Кирилл.

Дарья учится и уже работает в местной музыкальной школе.

«Кохтла-Ярве дал мне много. Теперь моя очередь дать ему что-то взамен», — говорит она.

Мечты детей из семьи Карханина не являются исключением. Многие из их друзей тоже планируют вернуться в свой родной дом.

Многие наконец-то выучили эстонский язык в образовательных центрах. У них в кармане лежит эстонский паспорт, потому что поколение, рожденное после освобождения Эстонии, получает его автоматически.

По шахтам больше не грустят, потому что образование открывает пути для другой работы. Один из терриконов Ида-Вирумаа превратили в горнолыжный спуск, а в шахте соседнего уезда открыли музей. Они стали популярными туристическими объектами.

Молодые эстонские русские несут ответственность за будущее общества, но возможности родного края их тоже привлекают. Кохтла-Ярве опять строится — и из пепла может возродиться красивый город.

Источник


Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *