shadow

Америка, которая проиграла


shadow

Когда я смотрю на результаты нынешних американских выборов, и даже не столько на сами результаты, сколько на реакцию на них, мне вспоминаются последние кадры культового фильма Денниса Хоппера «Беспечный ездок»

Александр Васильев

Где-то в южной американской глубинке, на обочине шоссе горит Harley-Davidson под сочиненные нынешним нобелевским лауреатом Бобом Диланом строчки «Flow, river, flow» в исполнении Роджера Макгуинна.

Так после кислотного трипа в Новом Орлеане закончилось лето 1969 года для двух калифорнийских байкеров-наркокурьеров, натолкнувшихся на суровых местных жителей – «реднеков». Без внятных мотивов и особых рефлексий пассажиры старенького пикапа разрядили в «патлатых» свой дробовик.

Последние ноты первого в истории кино полноценного саундтрека замирают, титры прекращают свой бег, в зале включают свет – зрители с трудом сдерживают слезы.

Отовсюду мы слышим стоны

Дэвид Ремник, главный редактор журнала The New Yorker, на следующей день после победы Трампа публикует статью, громогласный заголовок которой позаимствован у самого Теодора Драйзера.

«Американская трагедия» – так называется колонка, которая с первых же строк сообщает читателям этого авторитетного издания о том, что «избрание Дональда Трампа на пост президента — это трагедия для американской республики, трагедия для конституции и триумф сил нативизма, авторитаризма, мизогинии и расизма».

Список грехов этим не исчерпывается – в статье упоминается и обязательный в таких случаях фашизм.

Не знаю, читает ли простая жительница Нью-Йорка Анжела Гребеникова журнал «Нью-Йоркер», но на своей странице в Facebook она простыми словами изложила примерно ту же картину мира, в самом прямом смысле предав проклятию торжествующие силы зла в лице верующих всех конфессий, синих воротничков, расистов и гомофобов – т. е. избирателей Трампа, как их представляют себе оппоненты.

«Бунтари сами стали системой, не менее жестокой и тоталитарной, чем та, против которой они восстали»

Это было уже слишком даже для специфической цензурной политики детища Цукерберга, и пост был удален, но, как известно, рукописи не горят. Начинался он так: «Самое ужасное утро в моей жизни. Страшно за сына. Моя страна избрала Трампа».

Знаменитый документалист Майкл Мур, который предугадал успех Трампа в «ржавом поясе», (во многом решивший судьбу выборов), пошел еще дальше и сделал новое предсказание: «Спокойной ночи, Америка. Ты только что выбрала своего последнего президента Соединенных Штатов».

Но, конечно, особый жанр – это стоны, которые доносятся из-за увитых плющом стен университетских кампусов.

Российская журналистка Анастасия Каримова, которая проходит обучение в магистратуре колледжа Флетчера в Университете Тафтса (г. Медфорд, Массачусетс), на своей странице в Facebook поделилась наблюдениями о первом учебном дне после оглашения результатов выборов:

«Сказать, что многие испытывают жесткий стресс – не сказать ничего. Ощущение, что случилось второе 11 сентября.

Разговоры:

– Я не видела сегодня N на лекции. Кажется, она не пережила эту ночь.

– Думаю, она делает то, что я хотела бы делать сейчас: лежит у себя в комнате и ревет.

Африканский, латиноамериканский центры и центр ЛБГТ в нашем университете устраивают сегодня вечером собрания. В анонсах написано: «В эти непростые времена важно держаться вместе».

Саму Анастасию, судя по указанным ею данным, интересуют «anticorruption, gender equality, international development, long-distance running». Колледж Флетчера – это старейшее в США учебное заведение, специализирующееся на международных отношениях.

В округе, где он расположен, 66,3% избирателей поддержали Хиллари Клинтон, что даже выше среднего показателю по штату (60,8%). В этом же округе расположен город Кембридж, где находятся два знаменитых американских вуза – Гарвард и Массачусетский технологический институт.

Округ Мидлсекс непосредственно примыкает к столице штата, городу Бостону, где Клинтон вообще достались симпатии 79,5% избирателей. Массачусетс приносит в копилку победителя 11 голосов выборщиков.

Аналогичную картину описывает и преподаватель Нью-Йоркского университета Катя Корсунская:

«Я утром пришла в университет – студенты сидят тихие и как в воду опущенные. В каждой из трех групп надо было начинать с обсуждения результатов выборов в попытке их успокоить, и немножко себя заодно. В каждой была студентка, которая плакала так, что ей приходилось выйти из класса».

Университет расположен на Манхэттене, входящем в округ Нью-Йорк, где Клинтон набрала 87,2% голосов избирателей, что существенно выше среднего показателя по штату (58,8%). Победитель получает здесь 29 голосов выборщиков.

Но настоящий крик отчаяния – это, конечно же, пост в «Живом Журнале» Марины Птюшкиной, которая преподает химию будущим медицинским работникам и проживает на севере штата Вирджиния, неподалеку от Вашингтона

«У нас шок, полный шок. Как в страшном кошмаре, от которого нельзя проснуться. Утром я пришла в класс. Меня встретила полная комната бледных тихих студентов. Они выглядели как зомби, как торчащие прутья. Остались одни глаза.

Я никак не понимала, как это Клинтонша выиграла popular vote, но проиграла выборы. Я не понимаю, почему мой голос весит меньше, чем голос реднека в Западной Вирджинии».

В Виргинии Клинтон победила с небольшим перевесом в 5%, получив ровно половину голосов избирателей и все 13 голосов выборщиков, закрепленных за штатом.

Этот результат во многом обеспечили голоса жителей тех самых северных округов, где проживает наша страдающая преподавательница, которые входят в столичную вашингтонскую агломерацию или непосредственно примыкают к ней.

Интересно, что три из них занимают верхние строчки списка округов с самым высоким во всей стране уровнем доходов в расчете на одно домохозяйство (по данным 2010 года).

В Западной же Вирджинии, реднеки которой так беспокоят Марину Птюшкину, 68,7% избирателей предпочли Трампа, но поскольку штат населен не так густо, то это дало ему всего пять голосов выборщиков.

Впрочем, углубившись в изучение ее уютненького журнала, можно найти массу познавательных эпизодов из американской жизни, описанных отнюдь не с самых либеральных и прогрессивных позиций.

Например, такая печальная история:

«До меня тут был курс общей химии, который чуть не закончился разгромом программы. Боссиха наняла черную девушку с докторской степенью из черного университета в Джорджии. Девушка очень душевная, но такого невежества даже специально вообразить нельзя.

Она не то не знала химию вообще, но знания у нее были отрицательные. Пьяный слепоглухонемой заяц, мечущийся по клавиатуре с таблицей Менделеева, писал за нее лекции и экзамены».

Интересно, что сказала бы Хиллари Клинтон, если бы владела русским языком и прочла бы откровения про зайца и «черную девушку из черного университета»?

Расизм? Мизогиния? Зоофобия? Трампизм? А может быть, просто здравый смысл и жизненный опыт? Но мы отвлеклись.

Пожалуй, самым художественным описанием произошедшей катастрофы стала колонка в украинской версии французского журнала мод Elle, написанная искусствоведом Асей Баздыревой, возвращающая нас в почерневший от горя Нью-Йорк:

«Я увидела Нью-Йорк таким, каким не видела его никогда – немым от скорби. Оказалось, что здесь никто не был готов к такому исходу. (…) Этот либеральный мир оказался мыльным пузырем, который звучно лопнул в ночь со вторника на среду, оглушив жителей Нью-Йорка.

Я поспешила в университет – услышать профессоров и студентов, и наткнулась на гробовую тишину. Все женщины в моей группе были одеты в черное.

Я думаю: Трамп, конечно, отвратителен, но кто отдал за него миллионы своих голосов?»

Этот истинно «довлатовский» вопрос и подводит нас к ключевому моменту. Оказалось, что кроме всех этих специалистов по гендерному равенству, органической химии и искусствоведению в Америке есть еще какие-то люди!

Эту гипотезу очень удачно сформулировала некая жительница Нью-Йорка Анна Свердлова:

«А с чего мы вообще решили, что именно две тонких голубых прибрежных линии, являющих собой глубокий мультикультурный и интеллектуальный замес, и есть (…) Америка… Страшно, но, похоже, во вторник Америка показала нам свое истинное лицо… на все 100% лучшего «лица» нельзя и подобрать…

Когда я волею судеб выбираюсь в «красную» зону, меня не покидает ощущение, что моя «голубая» резервация – это отдельная страна в стране… У меня был такой же разрыв шаблона в бытность жития в России».

Мне это откровение напомнило классический одесский анекдот о семейной чете, перебравшейся за океан, в тот самый Нью-Йорк.

Спустя некоторое время глава семейства звонит в Одессу своему приятелю, который все еще в раздумьях, ехать ему или нет:

– Сема, ми в раю! Сема, ми на Брайтон-Бич! Позавчера мы с Софкой были в ресторане. Ми на пятнадцать долларов обожрались. Форшмак, печеночка с луком, моченые арбузы! Здесь все наши! Люсик с 7-й станции Фонтана, Циля с Молдаванки!

Сема кричит в трубку:

– Моня, ну а как там Америка?

– А хер ее знает. Мы туда не ходим!

Богаты и знаменитые

Слоган фильма «Беспечный ездок», финал которого так образно живописует столкновение молодых и прогрессивных американцев с Побережья с отсталыми мракобесами из глубинки, звучал так: «Он отправился на поиски Америки, но не мог найти ее нигде».

Давайте же возьмем пример не с Мони из Брайтона, а с байкера Уайята из Калифорнии и попробуем, хотя бы виртуально, сходить в эту Америку и посмотреть, кто же там все-таки голосует и за кого.

О Массачусетсе и Нью-Йорке, с их университетскими кампусами и богатыми городскими центрами, демонстрирующих высокий уровень поддержки Хиллари Клинтон, уже было сказано. Так что продолжим поиски Америки как раз из той точки, откуда стартовали герои Дениса Хопера и Генри Фонды – из «золотого штата».

Читая приведенные выше отклики, может показаться, что избиратели Хиллари Клинтон в массе своей это вот такие прекрасные прибрежные эльфы, которые извлекают живительную манну прямо из соглашений о Транстихоокеанском и Трансатлантическом партнестве.

На первый взгляд, это действительно так: 55 электоральных голосов (т.е. четвертую часть всех выборщиков) Хиллари Клинтон принесла Калифорния.

Штат, в котором находятся сразу три из десяти городов США с численностью населения свыше миллиона человек (крупнейшим из которых является Лос-Анджелес).

Штат с самым высоким уровнем ВВП в стране, в структуре которого до кризиса 2008 года на первом месте находились образовательные, медицинские и прочие услуги (18%), и лишь немногим им уступает сфера операции с недвижимостью (17%) и торговля (16%).

Вклад производства составлял лишь 10%, сельского хозяйства – 2%. Впрочем, и производство тут специфическое – компьютерная, космическая техника и прочий хай-тек. Идеальное постиндустриальное общество.

Кандидата от демократической партии здесь поддержали 61,5% избирателей.

Наивысшая поддержка у Хиллари Клинтон в Сан-Франциско (85,3%) и его «зоне залива» – в Силиконовой долине в узком смысле (округ Санта-Клара – 73,2%) ее окрестностях (округа Аламида – 79%, Сан-Матео – 76,3%, Санта-Круз – 75,4%), северных округах Сонома (70,7%) и Марин (78,9%) который славится самым высоким в США средним уровнем доходов домохозяйств по данным этого года и является символом ультралиберальной, «хипповской» политической культуры.

Еще одним местом концентрации сторонников Клинтон стал Лос-Анджелес, где ей отдали голоса 71,5% избирателей.

Картина вроде как складывается – самые успешные и либеральные жители Калифорнии в массе своей предпочли Клинтон. Однако любопытно, что при всем при этом, явка в штате составила всего 43,5%. Ниже только на Гавайях (36,9%)! И, кстати, там Клинтон тоже одержала уверенную победу.

Конечно, сама по себе идея, что мы элита, мы прогрессивней, образованней, (мульти)культурней, успешней и, следовательно, в меньшинстве, а потому проиграли, может греть самолюбие и быстрее осушать пролитые слезы. Но проблема в том, что за Клинтон, как мы все уже знаем, проголосовало арифметическое большинство избирателей.

И все они не могут быть айтишниками, продюсерами и искусствоведами. Так кто же все эти люди?

Америка, которая проиграла

Америке, которая победила, конечно же, досталось куда больше внимания. Во многом еще и потому, что до этого она была объявлена «невидимой» для социологов, политологов и журналистов.

Например, почему-то только теперь, а не до дня голосования, в США горячо обсуждают график физического вымирания белых американцев средних лет – в основном от алкогольных и наркотических отравлений, рака легких и самоубийств.

Зато уже известно, что штабы Демпартии, загодя готовясь к следующим выборам, готовят фундаментальные социологические исследования самой массовой категории электората – белых рабочих.

В общем, социальный портрет избирателей Трампа пишется мелкими и тщательными густыми мазками, он вызывает всеобщий интерес и постоянно детализируются.

Но если так пойдет и дальше в невидимую часть Америки рискуют выпасть те из проигравших, чьи рыдания остались вне поля зрения соцсетей и новостных репортажей.

Для наглядности возьмем по пять округов (counties) отдавших самый большой процент голосов каждому из кандидатов, как своеобразную квинтэссенцию их электората.

Все счастливые округа похожи друг на друга: на карте они имеют форму квадрата, расположены в Техасе (Робертс – 94,58%, Кинг – 93,71%, Мотли – 92,1% голосов за Трампа) и Небраске (Грант – 93,15%, Хейс – 92,35%), на 87–97% населены белыми, носят имена американских президентов или героев освоения Дикого Запада, в техасских округах в той или иной мере действует сухой закон.

Можно еще добавить, что одним из немногих памятников истории и архитектуры в этих округах является построенное в конце XIX века двухэтажное здание тюрьмы в графстве Мотли. Вот, собственно и все.

Зато каждый из округов, разделивших горечь поражения с Хиллари Клинтон, несчастен по-своему.

1. В столичном округе Колумбия экс-госсекретаря поддержали 90,9% избирателей. Черные составляют здесь около 50% населения. По данным опроса Гэллапа, в 2012 году 10% населения округа составляли представители сексуальных меньшинств – это самый высокий показатель, зафиксированный по стране.

Основу экономики составляют правительственные учреждения.

По данным за 2012 год, они предоставляли почти треть рабочих мест в городе. Интересно, что резкий скачок количества госслужащих – в два раза – приходится на 2008 год – т. е. на конец правления Буша.

При этом, по данным исследования, проведенного в 2007 году Робертом Эмери, треть населения города не умела читать и писать по-английски на минимально необходимом уровне.

Стоит отметить, что отцы основатели США опасаясь перенесения в Новый Свет модели деспотической власти европейских столиц над своими провинциями, всячески ограничили политические права жителей Вашингтона.

Возможность голосовать на выборах президента они получили только в 1961 году, после внесения соответствующей поправки в конституцию. На сегодня за округом Колумбия закреплены трое выборщиков.

2. Округ Принс-Джорджес, штат Мэриленд, где за Клинтон было отдано 88,44% голосов, является частью Вашингтонской агломерации и богатейшим в стране среди округов с черным большинством.

На 2010 год в графстве проживало 64,5% негров и 15% латиноамериканцев.

Крупнейшими работодателями являются учреждения высшего образования и база военно-морской авиации Эндрюс, к которой приписан президентский «борт номер один».

Сокращенное название округа «Пи Джи» является синонимом нищеты и преступности, поэтому может рассматриваться как оскорбление.

Так же как и в случае с северными округами Вирджинии, избиратели Принс-Джорджеса и соседних «столичных графств» центрального Мэриленда принесли Клинтон успех во всем штате и добавили в ее электоральную корзину 10 голосов.

3. Округ Бронкс является континентальной окраиной Нью-Йорка. Здесь Хиллари поддержали 88,4% избирателей.

По данным 2013 года, 54,6% жителей Бронкса составляли латиноамериканцы, 43% – черные (эти две цифры частично перекрываются, т. к. в статистике учитываются латиноамериканцы всех рас, а в Бронксе очень много выходцев из Карибского бассейна), белых европейцев – 10,5% (итальянцы, ирландцы и пр.).

Округ считается самым «многонациональным» в США: в почти 90% случаев любые два случайно выбранных жителя окажутся представителями различных расовых или этнических групп. Чуть более 40% жителей родились за пределами США, а 56% используют дома не английский язык.

Только 16% населения имеет уровень образования от бакалавра и выше. Бронкс – один из трех самых густонаселенных и один из пяти самых бедных округов в США.

Оба раза, когда мэром Нью-Йорка становился Рудольф Джулиани, который сегодня занимает важное место в команде Трампа, Бронкс отдавал предпочтение его конкурентам (поскольку в разных источниках данные несколько разнятся, а голосование остального Нью-Йорка было рассмотрено выше, то пятерка была составлена без учета данных по этому округу).

4. 87,2% жителей города Питерсберг, штат Вирджиния, предпочли Хиллари Клинтон. И если в трех предыдущих случаях даже статистических данных, которые предоставляла «Википедия», самих по себе было достаточно для понимания того, почему эти округа оказались в первых рядах избирателей Клинтон, то с Питерсбергом все оказалось несколько иначе.

Да, 79% его населения составляют черные. Но само по себе это еще ничего не значит. Город, расположенный в достаточно благополучном штате Восточного побережья, в прошлом развитый индустриально, а в последнее время играющий роль крупного транспортного хаба.

Вроде бы город как город. Но я чувствовал, что он не просто так попал в эту пятерку, и решил еще покопать. Предчувствия не обманули.

Оказалось, что Питерсберг в этом году оказался на грани тотального банкротства, а многие его социальные показатели из рук вон плохи.

Ученики его школ одни из наименее успевающих в штате, в городе фиксируется «необычайно высокое» число насильственных преступлений. Почти треть здешних обывателей живет за чертой бедности, этот показатель в два раза выше, чем в среднем по штату.

История банкротства Питерсберга по-своему показательна.

Во-первых, в тучные годы местные власти не жалели расходов на социальную сферу. Например, у города одна из самых лучших пожарных служб в США.

«В США горячо обсуждают график физического вымирания белых американцев средних лет»

Или другой пример. В Питерсберге находится несколько музеев и ряд памятников истории и архитектуры. Большинство из них связаны с историей Гражданской войны, во время которой город подвергся знаменитой девятимесячной осаде армией северян.

Когда этим летом провели аудит городского хозяйства и финансов, то оказалось, что в среднем в день это музейное хозяйство посещает аж 36 человек. Даже о минимальной окупаемости говорить не приходится.

А вот по финансовым поступлениям города нанесла внезапный и, как оказалось, непоправимый урон одна коммунальная реформа.

Власти Питерсберга решили установить всем пользователям «умные» водяные счетчики. Однако часть из них были неправильно откалиброваны, а другая часть неправильно установлены. В результате одним жителям стали приходить гигантские счета, а другим счета вообще приходить перестали.

Население бросило платить за воду, и это создало дыру в доходной части бюджета.

Городские власти не могли придумать ничего лучшего, чем покрывать возникший дефицит кредитами, включая краткосрочные под высокий процент. В какой-то момент Питерсберг уже не мог оплатить и их.

Комбинация структурного дефицита бюджета (т. е. завышенных расходов) и низкого уровня поступлений в него является «несколько уникальной» для США.

Подробнее об этой леденящей душу истории повествует Washington Post в сентябрьской статье «Город на грани: Питерсберг не может оплатить свои счета, а время уже на исходе».

Материал в столичном издании показателен сам по себе. Он построен вокруг драматической истории корпулентной чернокожей дамы, которая с весны назначена и. о. сити-менеджера и пытается со всем этим бардаком что-то сделать.

Выглядит это примерно так: Диронна Мур Белтон в детстве часто навещала своего дедушку, который тяжело работал в огороде. Она спросила его, что нужно делать, чтобы не вкалывать так всю жизнь, и он порекомендовал внучке учиться, учиться и еще раз учиться.

Или вот так: с трудом сдерживая слезы, Диронна смотрит на брусчатку в историческом центре Питерсберга и представляет, как двести лет назад по ней вели на продажу чернокожих рабов, и обещает бороться за бездефицитный бюджет ради их памяти.

Ну и все в таком духе.

Если же вы хотите попробовать понять, что там с финансами без этих шоколадно-розовых соплей, то можно ознакомиться с местной прессой: «Как Питерсберг соскользнул в финансовый кризис».

Оказывается, что в финансовых делах города, дефицит бюджета в котором возник еще в 2009 году, царил полный хаос.

Бюджет перекраивали в течение года на ходу. Разные вышестоящим ведомствам показывали разные цифры. Привлекали независимых финансовых консультантов, но при этом не знакомили депутатов с результатами их работы и т. п.

В общем, по итогам картинка сложилась, и место Питерсберга в пятерке получило свое объяснение.

5. Округ Оглала-Лакота, Южная Дакота, отдал за Клинтон 86,46% голосов избирателей.

Еще полтора года назад этот округ носил более привычное уху название Шеннон, данное ему в честь «Питера Шеннона, председателя Верховного суда Территории Дакота с 1873 по 1881 год. Шеннон участвовал в работе федеральной земельной комиссии, созданной с целью договориться с племенами сиу о дальнейших уступках земли».

Однако в 2014 году большинство жителей проголосовало за переименование и это неудивительно, поскольку округ целиком находится на территории индейской резервации Пайн Ридж, где проживает принадлежащее к народу лакота племя оглала (языковая семья сиу).

80% жителей резервации числятся безработными, младенческая смертность в пять раз выше среднеамериканского уровня, продолжительность жизни – 48 лет у мужчин и 52 года у женщин.

На территории округа расположено селение Вундед-Ни, где в 1890 году произошло одно из последних столкновений Индейских войн (это событие принято называть бойней – превосходящие силы американских солдат перебили более полутора сотен индейцев разного пола и возраста).

Здесь же в 1972 году случилось крупнейшее в новейшей истории вооруженное противостояние между индейцами и американцами, и наконец, здесь находится один из центров виртуальной «республики Лакота» провозглашенной с большим резонансом в 2007 году.

Подведем итог

Наибольшая концентрация сторонников Хиллари Клинтон фиксируется в столице и прилегающих к ней округах, в результате чего вашингтонская бюрократия получила 26 голосов выборщиков, хотя вообще-то ей не положено ни одного, в Нью-Йорке, и особенно в его бедном мигрантском районе Бронксе, в городе-банкроте Питерсберге и в резервации индейцев сиу.

Согласитесь, это несколько отличается от изначального образа калифорнийских айтишников или массачусетских интеллектуалов, союзниками которых становится заинтересованная в самовоспроизводстве столичная бюрократия и социально неблагополучные слои населения, которые, оказывается, выбирают не только Трампа.

Довольно любопытный союз и к тому же весьма далекий от политического идеала Америки.

О том, почему все эти люди оказались по одну сторону баррикад, стоит как-нибудь поговорить отдельно. Пока лишь зафиксируем, что все они встали на сторону «системного кандидата» или, иначе говоря, кандидата от Системы.

Вернемся к тому, с чего этот текст был начат.

С бунта, который во всем мире случился в 1960-х, и достиг своего апогея в 1968–1969 годах. С тех пор прошло полвека и, удивительным образом мутировав, бунтари сами стали Системой, не менее жестокой и тоталитарной, чем та, против которой они восстали.

У того, кто, глядя на киноэкран, не сопереживает двум байкерам в исполнении Питера Фонды и Дениса Хоппера, нет сердца.

Но те, кто не понимает, что сегодня символ бунта против системы – не беспечный наркокурьер, а тот самый мужичок на стареньком пикапе, который встал у него на пути, с разумом явно не в ладах.

Источник

Рейтинг: 0

Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.