shadow

«От можа до можа»

Новый польский президент вслед за Пилсудским мечтает отрезать Россию от Европы


shadow

Новый польский лидер Анджей Дуда намерен создать региональный альянс в Центральной Европе, куда войдут Польша, Венгрия, Словакия, Чехия, Румыния и, возможно, страны Балтии и Украина. Об этом избранный президент рассказал в интервью Польскому агентству печати, пишет портал Кресы.пл.

«Мы должны проводить активную политику в Центрально-Восточной Европе. Я сторонник более тесного сотрудничества стран этого региона — от Балтийского моря до Адриатики и Черного моря. У этих стран общий опыт второй половины ХХ века и зачастую общие проблемы. Я говорю не только о вопросах безопасности, но и об экономической ситуации», — заявил Дуда. По его мнению, необходимо создать в рамках Европейского союза объединение, которое стало бы своеобразным соглашением государств Центральной и Восточной Европы, реализующих общие цели.

Президент также подчеркнул, что Польша должна принимать более активное участие в переговорах о прекращении конфликта на Украине. «Переговоры по Украине должны проводиться с участием Польши и других соседей Украины», — сказал Дуда.

При этом Дуда выступил против замораживания конфликта на востоке Украины, назвав его «гибельным сценарием». «Мы не хотим этого, но я боюсь, что не все так думают. Я считаю, что в долгосрочной перспективе переговоры по Украине должны проводиться по новой формуле, которая приведет к решению проблемы», — сказал Дуда. И продолжил: «Чрезвычайно важно, чтобы Украина стабилизировалась и крепла как государство. Польша должна поддержать Украину всеми способами. Я не говорю о финансовой поддержке, хотя бы о помощи в построении государственных институтов».

Напомним: не так давно польский лидер заявил о том, что его страна не будет оказывать Украине и военной поддержки.

Отвечая на вопрос о перспективах отношений с Россией, президент подчеркнул, что «Польша не хочет иметь плохих отношений ни с одним соседом и никогда сознательно к этому не будет стремиться». Однако отметил, что не может быть и речи о каких-либо уступках в отношении России. «Мы должны стремиться к восстановлению прежних границ, которые являлись гарантией европейского порядка».

Отметим, что идеи такого альянса (т. н. «Междуморье») были выдвинуты еще почти сто лет назад маршалом Пилсудским, фактическим диктатором Польши, получившей независимость после распада Российской империи. В предполагаемую конфедерацию должны были войти помимо Польши Украина, Белоруссия, Литва, Латвия, Эстония, Венгрия, Румыния, Молдавия, Югославия и Чехословакия, а также, возможно, Финляндия.

Этот союз, по задумке Пилсудского, должен был стать началом возрождения Речи Посполитой (государства с центром в Варшаве, располагавшегося на территориях современных Польши, Украины, Белоруссии, Литвы, Латвии, Эстонии, Молдавии, Словакии, а также на части территории России), в которой Варшава играла бы ключевую роль, а, к примеру, украинские земли подпадали бы фактически под колониальную зависимость.

Нетрудно догадаться, что проект должен был быть направлен, в первую очередь, против России. Сам Пилсудский открыто говорил, что такой союз позволит избежать доминирования Москвы или Берлина в Центральной Европе.

Однако идею опротестовали не только СССР, но и все западные державы за исключением Франции. Стоит добавить, что идея натолкнулась и на внутренне сопротивление: украинские, белорусские и литовские националисты справедливо опасались, что в объединённом государстве «неполяки» (а особенно «некатолики») окажутся на положении граждан второго сорта. В самой Польше также было много сторонников создания чисто польского национального государства.

Раздел белорусских и украинских земель между Польшей и Советской Россией в 1921 году окончательно похоронил политическую концепцию Пилсудского. После этого польский диктатор фактически начал реализовывать идеи мононационального, этнически чистого польского государства. Вернувшись к власти после государственного переворота 1926 года, он стал устанавливать союзные отношения с Германией и СССР.

Тем не менее, идея реанимации проекта «Междуморья» периодически возвращалась в повестку дня. Так еще в начале Второй мировой войны проект союза земель, лежащих между Балтийским, Черным, Эгейским и Адриатическим морями был возрождена правительством Польши в изгнании под руководством Владислава Сикорского. Первым этапом ее реализации стали переговоры между греческим, югославским, чехословацким и польским правительствами в изгнании, которые прошли в 1942 году. Они предполагали создание Польско-Чехословацкой Конфедерации и Греко-Югославской Конфедерации. Эти действия и идеи были негативно восприняты как СССР, так и союзниками.

В результате Второй мировой войны территории Западной Украины, Западной Белоруссии, Молдавии и Прибалтики отошли к Советскому Союзу, а Югославия, Венгрия, Чехословакия, Румыния, да и сама Польша оказались в зоне влияния СССР и на долгие годы вошли в состав «восточного блока».

После распада Организации Варшавского договора и СССР, идея Междуморья вновь возникла в некоторых политических кругах Восточной Европы, стремившихся как можно скорее выйти из-под влияния России. Белорусский Народный Фронт и Народный Рух Украины в конце 80-х — начале 90-х годов активно разрабатывали идею Балто-Черноморского Содружества (БЧС). В настоящее время эта идея содержится в политической программе украинской ультраправой партии «Свобода».

В начале 2010 года в Белоруссии возник проект «Новая Речь Посполитая», в которую, помимо Польши, могли бы войти сама Белоруссия, Латвия, Литва и Украина.

В ноябре 2010 года в Вильнюсе (Литва) прошла международная научная конференция «Новый регион Европы: парадигмы регионального развития в Балтийско-Черноморском регионе». На конференции представители академических кругов, политики, журналисты, эксперты-аналитики из Литвы, Белоруссии, России, Молдовы, Украины, Венгрии и других стран ЕС обсуждали вопросы существования общего регионального пространства — «Балто-Черноморского Междуморья».

В самой Польше идеи создания Междуморья, а особенно воссоздания Речи Посполитой в границах XVII века, считающегося «золотым веком» Польши, довольно распространены среди политической элиты.

— Идея Междуморья сегодня — это, скорее, некий исторический конструкт, в который можно вкладывать все, что угодно, — говорит обозреватель ИА REGNUMСтанислав Стремидловский. Не сказал бы, что проект пользуется популярностью у варшавского политического салона. Польша позиционирует себя в рамках таких межгосударственных союзов как ЕС, НАТО, Веймарский треугольник, Вышеградская четверка. Междуморье в этом смысле есть что-то пока не совсем ясное и неоформленное, поскольку непонятно, какие государства должны с ним ассоциироваться.

— В свое время Пилсудский отказался от идеи Польши «от можа до можа» в пользу строительства национального государства. Насколько сегодня вообще возможно возрождение этой идеи в каком-либо виде?

— Пилсудский как раз не смог отказаться. Да, он был сторонником национального моноэтнического государства, но его переиграли проигравшие — национал-демократы во главе с Романом Дмовским, которые смогли навязать маршалу свою концепцию восстановления Речи Посполитой Обоих Народов, поэтому Пилсудский пошел на включение в состав II-й Республики Восточных Кресов (в советской терминологии — Западной Украины и Западной Белоруссии). Сейчас Варшаве не до этого.

— Дуда в интервью не произносит слова «Междуморье», но именно это имеет в виду?

— Не думаю. Дуда выдал интересную формулировку — пространство от Балтийского моря до Адриатики и Черного моря. Включение Адриатики, что отсутствует в классическом представлении Междуморья, говорит о какой-то новой концепции. Польский президент включил в сферу своих интересов Балканы и, не исключено, именно это является главным в его высказывании. Но тогда становится невозможным говорить о Междуморье в привычном понимании. Тут нечто другое.

— Последуют ли за словами Дуды действия или же это просто игра на публику? Как идею создания такого альянса воспримут страны Прибалтики, а также Венгрия, Словакия, Чехия и Румыния? Согласятся ли они на очевидное главенство Варшавы в этом союзе?

— Мне не кажется, что Дуда имел в виду создание нового «альянса» по типу той же Вышеградской четверки. Межгосударственные союзы, скажем прямо, Варшаве удаются плохо. Скорее, молодой президент решил обозначить геополитические приоритеты, но далеко не факт, что Польшу удастся выйти даже на этап переговорного предварительного процесса по созданию такого «альянса».

 — А как к такой идее отнесется Украина? Ведь украинские националисты, судя по всему, решили строить мононациональное государство, к тому же традиционно негативно воспринимают Польшу. Есть ли сторонники проекта в западноукраинских и западнобелорусских землях?

— Какая разница, что об этом думает Украина? Этому государству сейчас нужно думать лишь о том, как сохранить себя. А это большая проблема.

 — Дуда говорит о новом формате переговоров, в которых могла бы участвовать Польша…

— Это как раз не новость. О необходимости включения Польши в переговорный процесс по Украине говорят почти все польские политики. Но не заметно, чтобы эти «хотения» получали какую-либо реакцию в Берлине, Париже и Москве.

— Про Дуду говорят, что он жестко настроен по отношению к России. При том, что победу на президентских выборах ему принесла именно жесткая риторика в отношении необандеровцев. Дуда антироссийский политик или нет? Могут ли у Москвы найтись с ним точки соприкосновения?

— Да, точки соприкосновения найтись могут. Представления, что Дуда антироссийский политик строятся на факте его работы с покойным президентомЛехом Качиньским и членством в партии «Право и Справедливость». Но сам Дуда во время своей избирательной кампании и позже не отличался системной антироссийской риторикой и не позволял себе грубых выпадов адрес президента России Владимира Путина. Поэтому, как я думаю, в Москве снимут трубку, если из Бельведера (резиденция президента Польши — прим.) последует звонок, особенно в случае, когда придется решать вопросы гуманитарного характера, связанных с ситуацией на Западной Украине.

— Это старая польская идея, и не важно, какой термин применяется сегодня для ее обозначения: хоть «Жечь Посполита Польска од можа, до можа», хоть «санитарный кордон», хоть «Междуморье», хоть «Восточное партнерство», — считает обозреватель МИА «Россия сегодня» Ростислав Ищенко.

— Идея одна — польская гегемония в Восточной Европе, позволяющая Варшаве полностью контролировать сухопутные пути между Россией и ЕС. США в это тоже заинтересованы. Отсюда такая «бескорыстная» любовь между Варшавой и Вашингтоном, от которой даже немцы с французами стонут.

 — Насколько и для кого сегодня актуальна идея создания еще одного союза внутри ЕС?

— Для поляков актуальна. Они и пытаются создать. И для США актуальна — они поддерживают.

— Существуют ли в нынешней Польше амбиции для воссоздания Речи Посполитой? Как их воспримут потенциальные союзники по альянсу: Венгрия, Словакия, Чехия, Румыния, страны Балтии?

— Да, существуют. Воспримут без восторга. Но напрямую эти амбиции угрожают только прибалтийским лимитрофам (остальным — косвенно, как и всему ЕС). А шпротопроизводящим странам деваться некуда. В ситуации, в которую они себя загнали, им все равно придется выбирать: подчиниться России или Польше?

Вначале они выберут Польшу. Потом их выберет Россия, и они с радостью согласятся. Чехи, венгры, словаки, румыны эту инициативу проигнорируют или заболтают.

— А Украина может присоединиться к такой конфедерации?

— Не может, там уже некому и нечему присоединяться.

 — Дуда после избрания демонстративно проигнорировал встречу с Порошенко. При этом несколько раз давал понять, что не будет помогать Украине ни деньгами, ни оружием, ограничиваясь туманными формулировками о помощи в строительстве государственных институтов. Насколько Польша заинтересована в каком-либо участии в судьбе Украины? И можно ли Дуду называть антироссийским политиком, как его уже окрестили на Украине?

— Польша в Украине заинтересована. Только за ее спиной она чувствует себя в безопасности (от России, разумеется). Но генетическая память польского общества не позволяет польским политикам дружить с бандеровцами. А украинские власти своих нацистов контролировать не в состоянии. В результате поляки начинают опасаться украинских «наци», которые рядом, больше России, которая далеко. Для Киева это — последний звонок. Польша всегда была наиболее последовательным защитником украинских интересов в ЕС (с учетом собственных, разумеется). Без польской поддержки Киев для Брюсселя ничто.

 — В случае создания такого альянса как реагировать России? Может ли он стать серьезным конкурентом евразийским интеграционным процессам?

— Они его не смогут (просто не успеют!) создать. Разве что формально. Украина для альянса критична, поскольку имеет выход сразу на границы Венгрии, Словакии и Румынии. То есть — в ЕС, минуя Польшу. А Украину уже ничто не может спасти. Там пока еще американцы, но это уже фактически российская (или подконтрольная России) территория. Осталось только дождаться приведения фактического состояния вещей в соответствие с реальностью.

Так что альянс вряд ли состоится. Разве что с каким-нибудь украинским правительством в изгнании…

Источник

Фото: imago stock&people/ Global Look Press

Рейтинг: 0

Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.