shadow

Баррель взбодрился

Как долго продолжится рост цен на нефть?


shadow

На мировых торговых площадках нефть дорожает уже несколько торговых сессий подряд. 3 февраля на 14.10 мск стоимость нефти Brent, к которой привязана российская Urals, выросла в цене на 4,19%, превысив $58 за баррель. Это стало продолжением тенденции, которая наметилась еще накануне. 2 февраля цены на жидкие углеводороды подросли на 3,5% и фактически достигли $55 за бочку.

Отечественный «нефтерубль», естественно, не смог не отреагировать на биржевой позитив по формуле «Brent растет вместе с рублем». Курсы доллара и евро на Московской бирже опустились ниже 67 и 76 рублей соответственно.

Рост нефтяных цен начался в минувшую пятницу. Нефтесервисная компания Baker Hughes выпустила отчет, из которого следует, что «сланцевый бум» может незаметно перейти в «сланцевый Апокалипсис». По крайней мере, только за одну неделю количество американских буровых установок сократилось почти на сто единиц. В Канаде отключили 40 нерентабельных «качалок». Сокращение инфраструктуры добычи газа подтверждается и данными за год. В США за это время прекратили работу 240 установок (в Канаде около 210).


В принципе, это можно объяснить естественной ротацией. Сланцевые месторождения имеют небольшой дебет, а потому эксплуатируются максимум год-два. Затем нефтяники идут дальше, вскрывая (путем фрекинга) очередной пласт газоносной породы. Однако не только число активных буровых выступает индикатором спроса на нефть. Гораздо более показателен тот факт, что крупные нефтяные компании уже объявили о сокращении программ капиталовложений на 2015 год из-за падения цен на нефть. Речь идет об американской Chevron и СonocoPhillips (сократят инвестиции на $5 млрд и $2 млрд. соответственно). Британские BP и BG Group урежут расходы на разведку и добычу на £ 13,9 млрд. Royal Dutch Shell заявила о сокращении расходов на $15 млрд.

Свой вклад в изменение ситуации на мировом нефтяном рынке сыграло и правительство КНР, которое обязало НПЗ страны поддерживать запасы нефти на 15 дней вперед. Что автоматически означает повышение спроса со стороны Китая.
Означает ли все это вместе взятое, что нефть «начала отскок»? Или сейчас наблюдается кратковременное явление?

Руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник к последним событиям на сырьевых рынках относится со сдержанным оптимизмом.

– Следует исходить из ситуации цикличности экономики, проекция которой накладывается и на нефтяной сектор. Это обычное явление – цикл высокой конъюнктуры и низкой. Период с 2011 по первую половину 2014 года был весьма премиальным с точки зрения ценовых ориентиров. Пока продолжалось ценовое благоденствие, компании наращивали свои инвестиции в разработку новых месторождений. Форсировали развитие труднодоступных источников углеводородов. В результате «бочка» в течение нескольких лет не опускалась ниже $100. Еще в первом полугодии 2014 года баррель стоил $120.

– Что произошло потом, какие обстоятельства привели к «ценопаду» на рынке «черного золота»?

– Озвучу основные факторы, которые привели к тому, что сейчас баррель нефти стоит чуть больше $50. Во-первых, с мировых сырьевых рынков ушли спекулятивные капиталы в силу прекращения действия программы «количественного смягчения» в США. Во-вторых, сработала фундаментальная характеристика. А именно, перенасыщенность рынка. В силу того, что нарастили производственные мощности Иран, Ирак, а также страны нефтяного картеля ОПЕК. Последний, кстати, принял решение не снижать квоты на добычу, хотя обычно эта организация реагировала на снижение цен как раз урезанием квот.

Еще один важный фактор — это ценовая стратегия саудитов. Саудовская Аравия со своей дешевой нефтью может себе позволить играть на понижение, чтобы выдавить «сланцевых конкурентов».

Наконец, свою роль сыграло снижение темпов роста мировой экономики. Китай показал по итогам года не те темпы, на которые рассчитывали. Соответственно, мы наблюдаем еще и сокращение спроса на энергоносители. Плюс «военная премия» стала незаметной.

– О чем идет речь?

– Имеется в виду, что геополитическая нестабильность уже не так активно влияет на нефтяные рынки. С другой стороны, геополитическая напряженность в мире может сыграть свою роль, если произойдет эскалация какого-то конфликта.

– Сервисные компании сообщают об уменьшении общего числа буровых установок в США и Канаде. Арабы, демпингуя, все-таки сажают на финансовую мель своих американских конкурентов?

– Я не знаю, может быть, это просто пиар-акция, но американцы не собираются снижать добычу нефти в текущем году, несмотря на закрытие буровых. И динамика роста добычи подтверждает этот настрой. При этом $50 долларов за баррель в январе, видимо, ставит на грань рентабельности многие сланцевые проекты.

– К тому же со временем технологии отрабатываются, и добыча сланца становится дешевле.

– Этот фактор тоже действует. Технологии удешевления существуют. При этом американцы плюют на экологические аспекты, связанные с глубоким забуриванием. Несмотря на то, что затраты при этом растут по экспоненте. А если, что называется, «снимать сливки», проводить горизонтальное бурение и применять гидроразрыв, это приводит к опустошению земель. Другое дело, что в США земель более чем достаточно, чтобы применять экспансивный метод.

Наконец, не надо забывать, что сланцевый сектор очень прилично субсидировался правительством США. Многие буровые, замораживая бизнес, сейчас получают солидные страховые компенсации из-за убытков.

– Получается, сланцевый демпинг — это «энергетическое оружие» США?

– Да, это делалось для того, чтобы избавляться от импортной зависимости и, по возможности, завоевывать новые рынки. Включая европейский, вытесняя оттуда Россию. При этом не стоит испытывать иллюзий – сланцевые добытчики вернутся в этот сектор инвестиций, как только нефть станет дороже.

– Что сегодня больше всего влияет на цены?

– На мой взгляд, на процесс ценообразования больше влияют спекулятивные капиталы (на что могут повлиять власти США), чем сланцевая нефтедобыча. Изначально стратегия была такова – меньше зависеть от арабской нефти. Сейчас она отдаляется. С другой стороны, дешевые ресурсы как для США, так и для Китая — это большой успех с точки зрения перспектив экономического роста. Наличие дешевых энергоносителей — благо для стран с реальным производством. Это создает, например, большой мультипликативный эффект для автопроизводителей. Плюс высвобождаются денежные средства, которые поступают в другие секторы экономики.

– Ваш прогноз по поводу средней стоимости барреля нефти в 2015 году?

– Я не исключаю временных провалов, когда нефть будет опускаться и до $40 за «бочку». В некоторых странах (той же Саудовской Аравии) себестоимость добычи составляет порядка трех-пяти долларов. Поэтому «запас прочности» в ценовой войне у саудитов достаточно высок. Но он не бесконечен, аравийские власти рассчитали бюджет, исходя из $80 за баррель. Если они «разберутся» со сланцем, то с большим удовольствием будут играть на повышение. Хотя они снизили прогноз до $60, существуют политические риски, которые выросли для правящего режима. Особенно с учетом смерти старого, и прихода на трон нового монарха.

Рынок нефти следует рассматривать в проекции цикличности. Мой прогноз, что среднегодовая цена будет на уровне $60-65 за баррель. Напомню, МЭР более консервативен и прогнозирует доходные статьи бюджета, исходя из $50 за баррель. При этом у нас из-за девальвации рубля почти на 1 трлн. увеличился Резервный фонд и Фонд национального благосостояния. В целом удешевление рубля компенсирует падение цен на нефть.

– Вряд ли это утешит наших сограждан, покупательная способность доходов которых падает.

– Это все понятно, издержки кризиса. Ближайшие два года будут тяжелыми, дальше будем выходить из ситуации. Накопленной финансовой «подушки» должно хватить на это время.

Главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» Аждар Куртов отмечает, что резкое падение цены на «черное золото» в течение короткого времени производит странное впечатление.

– Поэтому «отскок» в виде роста цен на нефть, с моей точки зрения, был неизбежен. Мировой нефтяной рынок контролируется крупнейшими транснациональными корпорациями. В основном, западными. Получается, что падение цены наносило удар по их прибылям.

– Есть мнение, что политическая и бизнес элита на Западе достаточно консолидированы. Политический класс сращен с главами ТНК, мнение и деньги которых оказываются решающими для победы на выборах. Соответственно, ради будущих геополитических прибылей крупный бизнес может «наступить на горло собственной (финансовой) песне»?

– Такая точка зрения не лишена оснований. Тем более что многие сланцевые проекты субсидировались правительством. Но я не думаю, что эти нефтяные гиганты настроены на то, чтобы в течение длительного времени нести финансовые убытки. Может быть, Обама и убеждал главу Chevron, что следует немного потерпеть, чтобы поставить на колени Россию и других противников США. Но этого не произошло.

Плюс американские корпорации в последние годы делали ставку на собственную добычу, занимались импортозамещением в сфере энергетики. И уже готовились к завоеваниям внешних рынков (посредством создания инфраструктуры для экспорта). Чтобы путем ценового диктата воздействовать на мировую политическую ситуацию. Но это было возможно только в том случае, если цены не упали бы ниже $50. Поскольку себестоимость барреля сланцевой нефти находится примерно на этом уровне. Вашингтон допустил ошибку, не просчитав реакцию арабских нефтяных монархий. Несмотря на то, что они находятся в союзнических отношениях со Штатами. Но этот союз не стоило испытывать на прочность столь жесткими мерами. Сюда же относятся обстоятельства с возникновением ИГИЛ и боями на границе к Саудовской Аравии.

– То есть, вы полагаете, цены регулируются по отмашке из Вашингтона?

– А почему бы нет. Впрочем, ситуация не чисто административная, рыночные элементы, безусловно, присутствуют. Поэтому ценовая турбулентность на мировом рынке будет продолжаться.

– Что означает этот сценарий для российской экономики?

– Это, безусловно, смягчит кризисные явления. Возможно укрепление рубля, но незначительное, чтобы не подорвать конкурентоспобность наших производителей (коли уж наши власти декларируют импортозамещение). Но здесь следует иметь в виду, что нефть в колоде США — далеко не единственный козырь против России. Если не удалось задушить РФ нефтяными ценами, Вашингтон начнет осуществлять поставки оружия на Украину. Для того, чтобы создавать военную угрозу для России.

– Программа количественного смягчения, запущенная в Европе, может спровоцировать спекулятивный бум на сырьевых рынках, включая нефтяной? Что наблюдалось до сворачивания аналогичной программы (QE) ФРС США.

– Это тоже будет работать на рост цен, потому что у банков появляется дополнительная финансовая ликвидность, которую тоже нужно во что-то вкладывать. Тем более что сейчас трудно найти для европейских капиталов область с выгодным применением. К тому же американцы оказывают давление на европейцев, с целью создания зоны свободной торговли. А Китай уже накопил такие валютные резервы, что он не нуждается в европейских кредитах.

Источник

0

Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Войти без регистрации: