shadow

Выдержит ли режим Путина падение нефтяных цен? («The Washington Post», США)


shadow

Сумеют ли падающие нефтяные цены обуздать агрессивную внешнюю политику Владимира Путина, что пока не удается сделать западной дипломатии и экономическим санкциям? Смогут ли потрясения в экономике, основанной на экспорте российской нефти, дестабилизировать путинский режим?

«Сейчас непонятно, — пишет известный гарвардский экономист Мартин Фельдштейн (Martin Feldstein), — сможет ли режим Путина (и похожие на него режимы в Иране и Венесуэле) пережить существенное и устойчивое падение цен на нефть в будущем».

Это зависит от того, у кого более правильные взгляды на динамику авторитарной власти: у Егора Гайдара или у Эммануэля Голдстейна.


Умерший пять лет назад Гайдар известен как экономист, как высокопоставленный руководитель в постсоветском правительстве Бориса Ельцина и как автор тезиса о том, что Советский Союз развалился в основном из-за резкого падения нефтяных цен, вызванного решением Саудовской Аравии увеличить добычу с сентября 1985 года.

Действия саудовцев, которые Гайдар называл целенаправленной попыткой ослабить влияние Москвы на Афганистан, бывший в то время полем сражения холодной войны, обошлись Советам примерно в 20 миллиардов долларов в год. «Это были те деньги, без которых страна просто не могла выжить», — написал он в своей работе в 2007 году.

Как пишет Гайдар, отчаянно пытаясь найти деньги, но не имея возможности занять их на Западе, и будучи не в состоянии быстро реформировать советскую экономику посредством перестройки, советский лидер того времени Михаил Горбачев не нашел иного выхода, кроме немедленного «начала переговоров [с Западом] об условиях капитуляции».

Гайдар предупреждал постсоветских руководителей России, что «распад Советского Союза должен послужить уроком для тех, кто строит политику, исходя из неизменно высоких нефтяных цен». Один из этих уроков заключался в том, что «хотя авторитарные режимы и демонстрируют видимость силы, в кризисной ситуации они становятся очень шаткими».

Путин был свидетелем советского краха и глубоко разочарованным офицером КГБ, работавшим в Восточной Германии. Он сделал из этого собственные выводы. Одним из результатов стало то, что его режим благоразумно начал откладывать часть нефтяных доходов в резервный фонд. Но Путин также сделал вывод о том, что крах Советского Союза, по его словам, стал «геополитической катастрофой», у которой были не только экономические причины. Распад СССР стал отражением нерадивости советских руководителей, которые, как он однажды сказал, «просто все бросили и ушли».

О таких выводах Путина говорит и его демонстративно дерзкая манера поведения в последнее время. Он начал тратить денежные резервы страны, пустил рубль в свободное плавание, подавая сигнал о том, что Россия — жертва нового геополитического заговора, а также жестко подавляет любой намек на политическое инакомыслие внутри страны. Но он не уходит с Украины и не отказывается от планов продвижения неосоветского Евразийского экономического союза.

Здесь уместно вспомнить Эммануэля Голдстейна, который был не политологом, а персонажем романа Джорджа Оруэлла «1984». В романе Голдстейн тайком распространяет книгу «Теория и практика олигархического коллективизма», где в литературной форме изложены взгляды самого Оруэлла на истинные источники слабости и живучести репрессивной системы.

«Правящая группа теряет власть по четырем причинам. Либо ее победил внешний враг, либо она правит так неумело, что массы поднимают восстание, либо она позволила образоваться сильной и недовольной группе средних, либо потеряла уверенность в себе и желание править», — пишет Голдстейн.

Эти четыре фактора сыграли свою роль в крахе великих режимов и империй прошлого, отмечает Голдстейн. Определенно, все четыре этих фактора прямо или косвенно способствовали падению Советского Союза спустя полвека после публикации «1984».

Но в схеме Голдстейна нет ничего важнее стремления диктатуры удержаться у власти любыми необходимыми способами, и это может оказаться важнее всех прочих угроз режиму в борьбе за выживание. «В конечном счете решающим фактором является психическое состояние самого правящего класса», — пишет он.

Разные судьбы Советского Союза и коммунистического Китая в 1989 году говорят о том, что в точке зрения Голдстейна было разумное зерно. Если Горбачев попытался перейти в тактическое отступление, которое превратилось в сокрушительное поражение Советского Союза, то китайцы безжалостно расстреляли сотни людей на площади Тяньаньмэнь и остались у власти. То же самое можно сказать и о режимах помельче, таких как Северная Корея, Куба и Зимбабве, чьи правители из поколения холодной войны пережили исторические кризисы экономики и держались за власть гораздо дольше, чем предсказывали многие.

В авторитарной политике, как и в жизни, отношение это все, или почти все. Те, кто надеется, что снижение нефтяных цен или западные санкции, либо же сочетание двух этих факторов заставит Москву сменить курс, а то и режим власти, должны принимать во внимание тот факт, что Путин один раз уже видел такой сценарий во времена Горбачева. Похоже, он решил, что этот сериал, если он случится, закончится по-другому.

Источник


Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Войти без регистрации: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *