shadow

Кинушка про войнушку


shadow

2р

Киев объявил о финальной стадии подавления Юго-Востока, провалив все предыдущие.

Исполняющий обязанности главы администрации президента Украины Сергей Пашинский заявил, что  так называемая антитеррористическая операция (АТО) на Юго-Востоке этой страны вошла в финальную стадию. А руководитель киевского сайта «Информационное сопротивление» Дмитрий Тымчук написал: «На Донбассе началась очередная активная фаза АТО. Активные действия силовиков охватывают не только Славянск, но и прочие населенные пункты региона, где окопались пророссийские террористы. Начальный этап очередной фазы операции проходит по плану».

По плану – это что значит? Как минимум, что такой план существует. А в нем – сроки,  задачи конкретным командирам, перечень привлекаемых сил и средств, рубежи развертывания,  порядок тылового и прочего обеспечения. То, что со 2 мая (то есть, дня, когда и началась на Юго-Востоке грозно афишированная Киевом «операция»)  происходит в Донбассе и окрестностях, в этом не убеждает.

Вспомним: в первый же день, на рассвете, украинские войска двинулись на Славянск. Было обещано, что он будет освобожден от вооруженных противников официального Киева уже 3 мая. Но этого не случилось и поныне. Потом были Краматорск, Мариуполь,  Константиновка, Красный Лиман. Картина везде одна – беспорядочная пальба во все стороны, лязг гусениц, дым горящих покрышек. Кое-где – трупы. А потом до зубов вооруженные участники задуманной в Киеве АТО рассеиваются как дым, перепуганные города начинают приходить в себя. Все это очень походит на налеты «пана-атамана Таврического» на киношную Малиновку, которая где-то в тех местах, очевидно,  и располагалась. Но совсем не походит на АТО.

При полном техническом и численном превосходстве потери украинских военных несуразно большие. Причем, бронированные боевые машины ополченцы даже не столько уничтожают, как просто отбирают у солдат. А экипажи отправляют, куда глаза глядят. Так, в выходные дни в Константиновке были захвачены еще две бронированные разведывательно-дозорные машины. В дополнение к тем четырем, что еще в начале «операции» остались в Славянске и даже вышли на парад 9 мая с надписями на бортах «Народное ополчение Донбасса». И в дополнение к БТР-80, оставленному Национальной гвардией на мариупольской улице после налета в День Победы.

Над восставшими районами почти перестали летать вертолеты – после того, как сразу пять из них ополченцы сбили.

Вот мнение донбасского ополченца Евгения Гордика:

—  Не хотят они воевать. И не будут. Будут только изображать войну.

Командующий силами самообороны Славянска Игорь Стрелков о противнике тоже невысокого мнения:

—  Выехали на 100 метров вперед, постреляли в «белый свет как в копеечку», изобразили «войнушку» для начальства и вернулись обратно на базу.

Ну и каков результат таких вот двухнедельных «ожесточенных боев» с теми, кого Киев называет «сепаратистами»?  Если не считать сотен загубленных жизней мирных людей и военных, он – нулевой. Те города и села, что не подчинялись Киеву, так ему и не подчиняются. Как командовал силами самообороны Славянска Игорь Стрелков, так он ими и командует.  Как возглавлял этот город «народный мэр» Вячеслав Пономарев – так и возглавляет. Ну и далее по списку. И это, по мнению и. о. главкома Турчинова, отдавшего приказ войскам, антитеррористическая операция?

В том, что происходящее следует называть как-то иначе, убеждается все больше руководителей АТО. Вот, скажем, мнение заместителя руководителя батальона «Азов» Ярослава Гончара, высказанное в интервью радио «Свобода»: «Три недели мы  находимся на Азовском побережье. Люди на улице зомбированные российской пропагандой. Они действительно откровенно считают, что мы фашисты, хунта. С такими людьми нужно работать: говорить, объяснять. А вот этого никто не делает. Весь план действий заключается в том, чтобы набежать ордой и всех побить».

Набежать ордой и всех побить – таково, видимо, краткое содержание секретнейшего плана АТО, сверстанного в Киеве и утвержденного главкомом Турчиновым. Так ведь даже и «набежать и побить» толком не получается.

В разговоре с корреспондентом «СП» ветеран группы специального назначения «Вымпел» Валерий Киселев выразил мнение, что боевые действия на Юго-Востоке Украины не имеют никакого отношения к контртеррористической операции.

– По сути это военная операция против инакомыслящих. Под удар в основном попадает мирное население, включая женщин и детей. А также мужчины, которые вынуждены были взять в руки оружие, чтобы защищать свою землю от действий захватившей власть в Киеве хунты. Честно говоря, трудно понять, какими могут быть критерии успешности  операции против собственного населения, и какие  стадии ее уже завершены? Насколько я знаю, киевским силовикам удалось на время занять какие-то блокпосты вокруг населенных пунктов. Потом они отступили и оттуда.

Никакой системности в действиях украинских подразделений я не вижу: подходят к населенным пунктам, обстреливают прилегающую территорию и уходят. Никогда не слышал про антитеррористическую операцию, в ходе которой применяются минометы и тяжелая артиллерия.

 – Если говорить «по науке»: какие критерии имеет антитеррористическая операция?

– В первую очередь, она должна быть направлена против террористов. Поэтому предполагает точечные, практически ювелирные действия. В противном случае можно и Великую Отечественную войну назвать контртеррористической операцией против Гитлера.

Все, что происходит сегодня на Украине, выходит за рамки моего понимания. Я бы назвал это «антиславянской операцией» Запада, чтобы научить нас воевать друг против друга. Если бы лет десять назад нам сказали, что такое возможно, мы бы просто посмеялись.

– В отчетах киевских силовиков говорится о том, что в ходе АТО «потерь среди мирного населения нет, но уничтожено много сепаратистов».

– Понятно, что идет сознательная подмена понятий. «Сепаратистами» называют всех, кто оказывается в зоне действия т.н. АТО. Если человек погиб, значит, он по определению не мирный житель. Включая женщин и детей. Нынешним «майданным» властям рано или поздно придется ответить за это.

 – Тем не менее, многие операции в рамках АТО больше напоминают постановку и имитацию боевой активности.

– Украинские воинские подразделения не горят желанием сражаться с местным населением под диктовку американских инструкторов. Но командиры вынуждены подчиняться приказам, чтобы их не обвинили в измене. Они предпочитают при этом избегать массовых жертв, понимая, что за нелегитимные приказы им потом придется отвечать.

По мнению завсектором ИМЭМО РАН Николая Работяжева, главным результатом предыдущих этапов т.н. «антитеррористической операции» на Юго-Востоке стало голосование на референдумах в  Донецкой и Луганской областях.

– Более 90% жителей этих регионов высказались за то, чтобы выйти из состава Украины. В этом смысле для Киева это абсолютно контрпродуктивная операция. Они лишь расширила базу «антимайдана». Думаю, что еще в марте в этих областях было не так много сторонников государственного обособления Донбасса (около 20-30%). Большинство жителей всего лишь рассчитывали на федерализацию Украины.

– Чем объясняются военные неудачи киевских силовиков?

– Украинская армия полностью деморализована. У военнослужащих нет никакого желания стрелять в свой народ. Не случайно многие части переходят на сторону ополченцев. Внутренние войска также  деморализованы после разгона и преследования бойцов «Беркута». Это история заставила многих задуматься: а следует ли вообще защищать такую власть? После того как армия и внутренние войска заняли выжидательную позицию, Турчинов, Аваков и Наливайченко могли рассчитывать только на боевиков из Нацгвардии и «Правого сектора» (плюс иностранные наемники и ряд воинских частей, сформированных из выходцев с Западной Украины).

Несмотря на это, серьезных сил для подавления движения Сопротивления собрать не удалось. Одно дело забрасывать «коктейлями Молотова» сотрудников «Беркута» на Майдане, когда они связаны по рукам и ногам прежней властью. И совсем другое — воевать с идейно мотивированными ополченцами. «Правый сектор» — это молодежная шпана, которая больше подходит для устрашения рядовых обывателей, чем для участия в масштабных боевых действиях.

Есть еще один важный фактор. Киев хотел вернуть Юго-Восток без особого кровопролития. Поскольку 25 мая нужно провести президентские выборы, что достаточно проблематично в условиях массовых жертв. Поэтому майданные власти предпочитают пока подавлять мятежные регионы больше посредством психологического воздействия. Пока они не готовы к эскалации боевых действий.

– Объявление «финальной стадии АТО» это анонсирование более решительных действий или информационный блеф с расчетом на пропагандистский эффект?

– Скорее — попытка изобразить красивую мину при плохой игре. Хотя локальные силовые акции, наверняка, будут продолжаться. Пока Киев не демонстрирует желания садиться за стол переговоров с Юго-Востоком или реализовывать «дорожную карту», разработанную под эгидой ОБСЕ. Естественно, как минимум жители двух областей не примут участия в президентских выборов, легитимность которых и так представляется сомнительной.

Другое дело, что центр и «западэнцы» в основном придут на избирательные участки. Как известно, современное украинское законодательство допускает признание выборов состоявшимися даже если люди придут хотя бы к одной избирательной урне. Хотя понятно, что это будет за глава «единого государства», которого избирали только в некоторых областях. А Запад считает легитимным и Турчинова, «выбранного» «Правым сектором» на Майдане.

 – Москва официально поддержала «дорожную карту» ОБСЕ, в которой президентские выборы 25 мая называется «шагом в правильном направлении».

– Да, но лишь после деэскалации конфликта, разоружения всех незаконных формирований и запуска переговорного процесса. Сомневаюсь, что Киев выполнит первые три пункта. Разоружать «Правый сектор» команда Турчинова-Яценюка не будет, потому что это их опора. Нынешние киевские власти представляют люди, которые не очень склонны к компромиссу.

Член Совета Международной ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» Василий Верещак не видит ни одного признака, по которому нынешние события на Юго-Востоке Украины можно охарактеризовать как «контртеррористическую операцию».

– Когда вопрос идет о занятии целых населенных пунктов, о «фронтах» и боевых линиях, это, скорее, заслуживает определения «карательная операция», «зачистка», «войсковая операция» и так далее. Просто киевские власти с подачи американских политтехнологов играют в правильные слова. Понятно, что «антитеррористическая операция» — это правильно и хорошо. А война с собственным народом – плохо и бесчеловечно. На самом деле все лицемерие. Об эффективности АТО судить не могу. Я просто переживаю за украинский народ, тем более, что мои предки оттуда.

Генеральный директор Национального Антикриминального и Антитеррористического Фонда Виктор Куликов согласился с тем, что «террористов» на Юго-Востоке и близко нет.

– Выдвижение политических требований участниками движения Сопротивления никак не подпадает под то, что принято называть терроризмом. . Терроризм это акции устрашения, которые преследуют противозаконные цели. Когда организуются теракты или берутся заложники. Насколько я понимаю, жители Юго-Востока изначально выдвигали только одно требование – федерализация страны при сохранении ее территориальной целостности.

 – Объявление «финальной стадии» означает, что предыдущие следует считать успешными?

– Я не очень понимаю, какую конечную цель преследуют киевские власти? Соответственно, трудно судить об успешности т.н. «антитеррористической операции». Я только вижу, что для ее реализации привлекаются непонятные люди без опознавательных знаков, боевики-националисты и западные наемники. Военные из регулярных подразделений должны иметь опознавательные знаки. Но мы этого не наблюдаем. На мой взгляд, речь следует вести не о «финальной стадии» АТО, а об агонии режима, представители которого незаконным путем с оружием в руках захватили власть в Киеве.

Источник

0

Новости партнёров:

shadow
shadow

Добавить комментарий

Войти без регистрации: